Большие данные, платформенная экономика и рыночная конкуренция

Ванг, Бінбін

Лі, Сяоан

  • 21 листопада 2017
  • 1576

 Бинбин ВангСяоан Ли

Предварительная разработка планово-ориентированной рыночной экономики в информационную эру

Можно ли в эпоху больших данных воссоздать плановую экономику как одну из двух основных экономических систем? Этот вопрос чрезвычайно важен как в теории, так и на практике. Модель Ланге о централизованном планировании и стимуляции рынка в 1930-х годах породила широкие дискуссии о целесообразности плановой экономики[1]. После информационной революции в 1970-х годах на Западе появилась мысль о плановой экономике, для которой характерна рыночная демократия, и возникла модель «демократического планового партисипативного социализма». Ожидается, что в эпоху больших данных будет создана планово-ориентированная рыночная система. Этот тип экономической системы должен согласовывать централизованное и демократическое планирование, воспринимать большие данные как технические условия, а платформенную экономику как институциональные и организационные условия  вплоть до образования крупных, государственных предприятий, основанных на базах данных, которые бы возглавили управляемую интернет-платформенную конкурентную экономику. Таким образом можно «обеспечить ключевую роль рынка в распределении ресурсов и ведущую роль государства», достичь всеобъемлющих целей отражения спроса потребителей, выполняя функцию закона стоимости, уделяя особое внимание промышленному планированию, усиливая макроконтроль и уменьшая расходы на бюрократию.

 

Вступление

Может ли плановая экономика вернуться в эпоху больших данных? Понятие «большие данные» (big data) отчетливо появилось на повестке дня в 2012 году, провоцируя давние дискуссии о целесообразности плановой экономики. Как одна из двух основных современных экономических систем, плановая экономика с ее интенсивным распределением ресурсов и институциональными преимуществами пропорционального производства теоретически может быть реализована с помощью больших данных. С того времени, когда в середине XX века Оскар Ричард Ланге предложил метод проб и ошибок на основе использования компьютерной технологии симуляции рынка, наконец реализация плановой экономики с помощью новых технологий стала максимально возможной.

 

"Сегодня реализация плановой экономики с помощью новых технологий стала максимально возможной."

 

Однако можно ли перестроить плановую экономику с помощью технологии больших данных? Очевидно, что экономические операции отличаются от перемен погоды. Если они будут зависеть только от массивного анализа информации, разработки и прогнозирования, то будут проигнорированы «человеческий фактор» и сложность социальных законов. Тем более реальная экономическая система всегда формируется в среде конкретной социальной системы и управляется в зависимости от формы социально-экономического уклада; то есть она всегда проявляется в разных формах реализации. Без институциональных и организационных инноваций технология больших данных получит только количественное развитие без качественных изменений по сравнению с компьютерными технологиями середины XX века[2]. Плановая экономика в эпоху больших данных все еще не может развеять сомнения в себе, представляющие ее «компьютерной Утопией» (Loebl 1971).

Пересматривая идеи о плановой экономике, в этой статье мы анализируем два основных условия построения планово-ориентированной рыночной экономической системы и разрабатываем ее предварительную схему в информационную эпоху.

 

 

От модели Ланге до планово-ориентированной рыночной экономической системы

Дискуссии о рациональности плановой экономики начались еще в 1920-х годах. Одной из них была дискуссия о проблемах экономических расчетов, связанных с ценообразованием. Первым поднял этот вопрос Людвиг фон Мизес, представитель австрийской школы и либеральный экономист, в 1920 году. Он обратил внимание на то, что при рыночном обмене рыночная цена является основой для точных экономических расчетов разных товаров и трудовой занятости. С отменой свободного рынка в социалистических странах больше нет ценообразовательного механизма. По мнению Мизеса, без ценообразовательного механизма нельзя рассчитать предложение и спрос на товары, поэтому невозможно осуществить рациональное распределения ресурсов и товаров (Mises 1990: 25). В ответ на вопрос Мизеса в 1928 году американский экономист Фред М. Тейлор предложил теоретическую схему экономических подсчетов для социалистической системы. В плане потребления, когда социалистические страны обеспечивают людей определенным денежным доходом, на который можно приобрести произведенные в стране товары, то это равноценно разрешению «валютного голосования» (currency vote) гражданам для определения типа и количества товаров, произведенных государством. Что касается предложения, то цена экономических факторов, которые влияют на рыночную стоимость товаров, может быть рассчитана методом проб и ошибок. То есть «при переоценке будет избыток элементов; при недооценке  их нехватка», таким образом приемлемая цена будет определятся постоянной перепроверкой (Taylor 1929). Наряду с теорией Тейлора до середины 1930-х годов фокус споров о рациональности плановой экономики сместился от теоретической рациональности к практической, в то время как группа Мизеса продолжала исследовать именно теоретический аспект. Один из студентов Мизеса, австрийский либеральный экономист Фридрих Август фон Хайек, унаследовал основную идею Мизеса. Он полагал, что целесообразное распределение ресурсов в плановой экономике работает только с точки зрения логики, но оно не рационально в социалистической экономической системе с общественной собственностью на средства производства. Британский либеральный экономист Лайонел Роббинс прямо опроверг рациональность метода «проб и ошибок» на институциональном уровне. Он указал на то, что этот метод требует сбора большого количества данных, решения большого количества уравнений и большого количества подсчетов. Динамика изменений информации приведет к постоянному переучету экономических подсчетов и к угрозе коллапса всей системы (Lange 1936: 56).

Польский экономист Оскар Ричард Ланге сформулировал планомерный и эффективный ответ на это. Он раскритиковал Мизеса за неправильное использование специальной цены для опровержения рациональности плановой экономики и пересмотрел способы достижения сбалансированных субъективных и объективных условий и установления экономического равновесия методом проб и ошибок на конкурентном рынке. Он считал, что подобный баланс может быть достигнут при социалистической экономике. В своей теоретической аргументации Ланге поместил метод «проб и ошибок» в условия социалистической экономической модели, симулируя в ней рынок, создавая таким образом «модель Ланге». Модель подразумевала социалистическую систему, в которой существуют рынок потребительских товаров и рынок рабочей силы. Если субъективные условия равновесия рынка потребительских товаров такие же, как и на конкурентном рынке, а производственные решения принимаются в соответствии с правилами, предписанными Центральным плановым советом[3], то фиксированная цена является предпосылкой достижения субъективных сбалансированных условий в социалистической экономике. На конкурентном рынке цена является объективным результатом, сформированным на основе конкуренции. Как объективная природа цены формируется в социалистической экономике? Метод Ланге заключается в том, что

Центральный плановый совет должен регулировать цены и следить за тем, чтобы все управляющие фабриками, отраслями и ресурсами проводили свои расчеты на основе цен, отрегулированных Центральным плановым советом, и не позволять использования каких-либо других расчетов (Lange 1936: 63).

Основа модели Ланге  Центральный плановый совет и ряд систем работающих с ним. «Центральный плановый совет выполняет функции рынка», главной из которых является регулирование правил и цен, что делает возможной замену функции рынка планированием[4].

После широких дискуссий 1930-х годов в 1940-х годах появились информационные технологии, представленные мейнфреймом[5], которые ускорили процесс автоматизации обработки данных. Ланге осознал большой потенциал информационных технологий в экономическом управлении и указал на то, что компьютерные технологии очень удобны для построения планов, но не могут заменить многогранный рынок. Электронный компьютер и рынок  это два средства вычисления для современных управленцев социалистических экономик (Lange 1967: 158-61).

Нужно сказать, что развитие информационных технологий лишь блеснуло первыми лучами света в эпоху Ланге. После 1970-х годов повсеместное коммерческое применение мини-компьютеров и микропроцессоров ускорило технологическую революцию, ядром которой стала информационная революция. Технологическая революция не только значительно повысила уровень автоматизации, экономической эффективности и концентрации экономической активности в производственном процессе, но также взрастила новый элемент  «плановое производство предметов потребления» (Botington 1973: 110) и идеологический тренд демократического плана в западной капиталистической экономике. Стефан Ботингтон, британский ученый, предрек, что возможность мониторинга целой экономики и потенциал для эффективного распространения информации, созданный компьютером и информационными революциями, неизбежно приведет к новому измерению в регуляции и контроле (Botington 1973: 116). В отличие от централизованного плана Центрального планового совета в «модели Ланге», так называемое «измерение регуляции и контроля» Ботингтона является ориентированной на рынок демократической программой с новыми информационными технологиями, такими как «ТВ-плановая экономика», в которой большое количество разных индивидов и групп открыто обсуждают вопросы координации и планирования новой социальной экономики с помощью двунаправленного канального информационного потока системы (Botington 1973: 208). После середины 1980-х годов развитие интернет-технологий преодолело проблему однонаправленного информационного взаимодействия медиа-технологий, и это очень повлияло на форму организации производства и общественную жизнь. Быстро развилось распределенное, мелкосерийное и персонализированное производство, как и сетевая демократия, сетевое потребление и другие схожие явления. В 1997 году Энди Полак, американский ученый, опубликовал статью «Саморегулирование информационных технологий и социализма», где утверждал следующее.

1. Суперкомпьютеры уже оснащены возможностью параллельной обработки для охвата миллионов уравнений, чтобы симулировать пропорциональные связи социального производства, обмена, потребления и распределения этих четырех измерений для планирования современного социалистического экономического общества.

2. Массы могут участвовать в предпринимательстве и социально-экономическом управлении через интернет: соединение сети локального региона через разные компании и формирование сетевой системы между компаниями для поощрения планирования и компьютерных покупок в этой системе между ними, и, наконец, реализации общего планирования экономики.

3. Электронные деньги будут использоваться для поддержания социалистических экономических расчетов. Таким образом, он заявил о «немедленном переходе к демократии и эффективному планированию при помощи интернета» (Pollak 1997: 33).

Помимо технического пути соединения информационных технологий с плановой экономикой, важным теоретическим исследованием в институциональном пути демократического плана является ДППС (демократический плановый партисипативный социализм, Democratic Planned Participatory Socialism, «DPPS»), который поддерживали западные ученые-марксисты и другими учеными левого крыла. С середины 1980-х годов некоторые социалистические экономические модели, отличные от советской модели и, очевидно, от капиталистической социо-экономической системы (особенно капиталистической рыночной экономики), одна за другой появились на теоретическом горизонте. Им присущи такие общие черты:

- экономическую деятельность направляет экономическое планирование, а не рыночные силы;

- демократичность политических и экономических институций;

- широкое участие в принятии решений (Kotz 2002).

 

«Распространение рынков не является социально нейтральным механизмом», «рыночный социализм будет порождать многие проблемы капитализма, в том числе неравенство, макронестабильность и разрушение окружающей среды» ... «демократическое государство и система партисипативного планирования  это основа жизнеспособного социализма».

 

Модель «демократического планового партисипативного социализма», разработанная Петом Девине (1988), Майклом Альбертом и Робином Ханелом (1991), Полем Кокшотом и Аленом Котрелом (1993), является наиболее показательной. Эта модель жестко раскритиковала «рыночный социализм»: Девине (1988) предложил вместо рынка использовать «согласованную координацию» между заинтересованными лицами. Альберт и Ханел (1991) предоставили теоретическую модель процесса децентрализированного планирования. Кокшот и Котрел (1993) предложили заменить деньги равномерно распределенными трудовыми жетонами и создали новую социо-экономическую модель «неоафинской демократии». В дальнейшем Давид Котц (2000) обосновал, что «распространение рынков не является социально нейтральным механизмом», «рыночный социализм будет порождать многие проблемы капитализма, в том числе неравенство, макронестабильность и разрушение окружающей среды», поэтому он был убежден, что «демократическое государство и система партисипативного планирования  это основа жизнеспособного социализма» (Kotz 2000).Концепция плановой экономики, предложенная после популяризации интернета, называется «новой плановой экономикой» (Tao 2009). Она относится к традиционной плановой экономике. Огромным опытом для традиционной плановой экономики является советская модель, основанная на модели организации производства Генри Форда[6].

После Октябрьской революции Советский Союз выбрал плановую экономику в рамках государственного социализма для быстрой индустриализации страны и из-за потребности в укреплении централизованного и единого руководства (Fang 2009). Эта экономическая система возникла из высокой продуктивности и невероятного уровня развития в эпоху индустриализации благодаря преимуществам аккумуляции капитала и распределения дефицитных ресурсов. Подобным образом в социалистических странах Восточной и Юго-Восточной Европы характерная плановая экономика также успешно привела этот традиционно «интернациональный депрессивный регион» к индустриализации (Rosenstein  Rodan 1943). Важной особенностью традиционной плановой экономики в СССР было широкое использование централизованного плана под началом бюрократии. В сложную и изменчивую информационную эпоху (с 1970-х до 1980-х годов) традиционная централизованная плановая экономика стала закостенелой из-за усложняющих обстоятельств, таких как более разнообразный потребительский спрос и быстро изменяющиеся цены на товары. В Советском Союзе новое производство информационной революции ограничивалось системой централизованной плановой экономики, в которой не только не удалось начать индустриальную революцию, но в которой также возник и технический кризис: «Когда технологические инновации ускорялись на Западе в 1970-х и в начале 1980-х годов, Советский Союз все больше и больше полагался на передачу машин и технологий для своих ведущих отраслей промышленности...» (Castells 2010, 34-35). В связи с этим американский ученый Мануэль Кастельс подверг критике то, что в основе советского технического кризиса была сама логика националистической системы, являющейся также одной из фундаментальных логик статистической системы (Castells 2010: 36-37). Джозеф Най также был убежден, что централизованная плановая экономика вступала в противоречие с информатизацией (Tao 2010: 60-64). Естественно, в информационную эру «информационный взрыв» создает неудобства для центрального планового совета в области управления экономическими вычислениями. Но это вопрос только технических условий, которые могут быть улучшены с появлением более быстрых компьютеров и сетей. Более глубокое противоречие в дальнейшем раскрывается в двух аспектах.

1. Недемократическая природа советского нормирования и тенденция демократизации в информационную эпоху. Ланге ясно обозначил, что «в социалистической системе, где отсутствует право на свободный выбор рода деятельности... также возможен рациональный экономический учет, при условии что учет отображает предпочтение бюрократов в центральном плановом совете, а не потребителей» (Lange 1936: 68). Тейлор же ранее предложил идею о том, что одним из двух условий рационального распределения ресурсов в социалистической экономике было «обеспечение того, что особенности предпочтений и потребностей отдельных индивидов не будут принесены в жертву некоему стандарту потребления, установленному всемогущим государством» (Taylor 1929: 5).

2. Бюрократизация социалистической экономической жизни и требования усовершенствования экономического управления в информационную эпоху. По мнению Ланге, это была «реальная опасность социализма», она таила такую же угрозу, как и бюрократизация во времена монополии капитализма. Ланге не развил мысль о бюрократизации из-за вовлеченности в теоретические категории социологии, сосредоточившись на эффективности общественных представителей в сравнении с предпринимателями-менеджерами производства (Lange 1937: 127). Сегодня развитие «организационной теории» дает нам теоретические основы для изучения явления бюрократизации.

По сравнению с традиционной плановой экономикой, новая западная плановая экономика выступает за демократическую программу, что, кажется, больше соответствует особенностям и веяниям информационной эпохи. Тем не менее Поллак (1997: 32-50) задается вопросом: «Кто будет контролировать информационные технологии?»: каким образом информационные технологии могут освободиться от своей изначальной задачи поиска новых способов выжимания прибавочной стоимости, как сменить анархию в интернете, чтобы не попадать под контроль частного капитала, представленного крупными компаниями в области информационных технологий, и как избежать экономического спада и рецессии, когда информационные технологии будут сокращать время оборота капитала. Эта проблема явно обусловлена собственностью на средства производства. В социалистических странах, где средства производства принадлежат обществу, это жизнеспособный вариант контроля (нежели вмешательства) над информационными технологиями и сетями с помощью государственной власти.

 

 

В итоге, рассмотрев плановую экономику советского типа, плановую экономику Ланге и западную новую плановую экономику, мы пытаемся создать планово-ориентированную рыночную экономическую систему в конкурентной среде. Мы выступаем за «рыночную, управляемую по плану» рыночную систему, а не за теоретическое направление «демократического планового партисипативного социализма».

 

 условиях доминирования капиталистической системы в мире для выживания и конкуренции с капиталистическими странами социалистические страны все еще должны развивать рыночную экономику, хоть это и требует жертв."

 

Это обусловлено тремя основными причинами: во-первых, демократический план, предложенный демократическим плановым партисипативным социализмом, должен выполняться на общемировом уровне (Callinicos 2003: 90-122). Однако отдельно взятое государство на мировом рынке с «доктриной невмешательства» («laissez  faire»[7]) является только отдельным случаем в контексте капитализма, который делает попытки основать единый всемирный рынок и наднациональное всемирное управление путем глобализации (Weiss 2000). Централизованный план, основанный на объединении и представительстве (а не замещении) интересов разных социальных классов, соотносится с демократическим планом «демократического планового партисипативного социализма» на мировом уровне. Во-вторых, «государственно ориентированная стратегия является единственным эффективным способом экономического перехода или экономического развития» (Kotz 2005). Каждая страна в условиях глобализации непременно использует национальную деятельность (государственную деятельность) для участия в мировой конкуренции (Weiss 2005 a). И (Китайская Народная Республика.  прим. пер.), как одна из немногих социалистических стран, в условиях капиталистического ослабления государственной власти и попыток достижения всемирного главенства капитала вынуждена сопротивляться этой тенденции противоположным усилением государства (Weiss 2005 a). Особенно важно принять принцип государственной, а не общественной собственности при ведущей роли государства в сфере управления и развития национальной экономики. В-третьих, инновации при партисипативном социализме в демократическом плане могут возникать медленнее, чем при капитализме (Kotz 2002). По закону стоимости на «мировом рынке», страны, отстающие в инновациях, терпят поражение в конкуренции. К сожалению, рыночная экономика на сегодняшний день является самой инновационной экономической системой. В условиях доминирования капиталистической системы в мире для выживания и конкуренции с капиталистическими странами социалистические страны все еще должны развивать рыночную экономику, хоть это и требует жертв (Kotz 2000).

Таким образом, планово-ориентированная рыночная экономическая система, которую мы разработали, должна придерживаться естественной интеграции демократического и централизованного плана и достичь высокого уровня унификации, отдавая решающую ролью в распределении ресурсов в стране рынку. Она может отражать предпочтения потребителей, играть свою роль в законе стоимости, усиливать важность промышленного планирования, укреплять регулирование макроконтроля, сокращать бюрократические издержки и выполнить другие комплексные задачи. Ключевая идея этой системы зародилась в важной теории, предложенной известным марксистским экономистом  профессором Энфу Ченгом. В 1992 году, принимая во внимание выбор направления реформы китайской экономической системы, профессор Энфу Ченг (1992) указал на то, что «одной из характеристик начальной стадии социализма является естественная интеграция и объединение плановой экономики и товарной экономики». Поэтому он активно выступил за создание плановой социалистической рыночной экономической системы. Ожидается, что сегодня этот вид экономической системы станет реальностью благодаря преимуществам больших данных и платформенной экономики.

 

Два основных условия планово-ориентированной рыночной экономической системы

Технологические и институциональные инновации определяют эволюцию экономической системы. Построение планово-ориентированной рыночной экономической системы в информационную эпоху должно опираться на новое поколение информационных технологий и возникающих экономических форм, поскольку большие данные и структура платформенной экономики стали двумя основными условиями развития планово-ориентированной рыночной экономической системы на этом этапе развития.

 

Большие данные: технические условия планово-ориентированной рыночной экономической системы

Экономические подсчеты плановой экономики требуют обширного сбора информации. Частота ее обработки, количественная и качественная оценка, а также объемы обработки информации совокупно определяют результаты подсчетов. С быстрым развитием производительности процессоров по закону Мура[8], усовершенствованием систем суперкомпьютеров и облачных вычислений возможности обработки информации значительно возросли, в то время как технологический прогресс в сфере сбора информации проходил достаточно медленно. В эпоху интернета любой доступ к сайтам, поисковым системам, электронной торговле и финансовым сервисам будет связан с большими объемами данных. Согласно данным Международного союза электросвязи, к концу 2015 года в мире насчитывалось 3,174 млрд интернет-пользователей[9]. Таким образом, со временем будет собрано большое количество данных, даже если небольшой процент вышеупомянутых пользователей будет одновременно онлайн. Появление «интернета вещей» также означает, что вдобавок к компьютерам, смартфонам, GPS-устройствам, промышленному оборудованию, портативным электронным устройствам, домашнему оборудованию и умным машинам придут сетевые терминалы, которые образуют «материальный мир, соединенный с материальным интернетом». Люди и товары в интернете вещей всегда являются пользователями и производителями информации, поэтому объем информации будет расти с беспрецедентной скоростью. Однако традиционная технология сбора информации может использовать только отслеженную информацию, а большинство информационных ресурсов игнорируются, не используются и упускаются. Сложно в полном объеме получать, записывать, хранить и обрабатывать информацию. Это становится технической причиной того, что традиционная плановая экономика не может полностью реагировать и точно учитывать спрос и потребление в информационную эпоху.

Технология больших данных возникла на основе распределенных вычислений, распределенных баз данных, облачных хранилищ данных и виртуальных технологий. В 2007 году американский ученый Джим Грей прогнозировал, что науки с интенсивным использованием данных (data-intensive science) отделяются от вычислительных наук, чтобы стать четвертой парадигмой научных исследований (Hey et al. 2009, xvii). В том же году американский ученый Дункан Дж. Уотс в журнале «Nature» упомянул о том, что единожды примененная «data-intensive science» в сфере социальных исследований может представить полный отчет о траектории личной активности, генерируя очень детальные данные для сложных подсчетов и точного прогнозирования (Watts 2007: 489). На Всемирном экономическом форуме в Давосе был подготовлен доклад «Big Data  Big Shock» («Большие данные  большой шок»), в котором официально были предложены концептуальные рамки для экономики больших данных.

 

 

Каким образом большие данные могут стать техническим условием планово-ориентированной рыночной экономической системы? Это, в первую очередь, зависит от следующих характеристик.

1. В рамках экономики больших данных можно собирать и использовать неявные знания. Хайек считал, что фрагментация является основной формой знания, в то время как существует большой объем неявных знаний, например местные традиции и потребительские привычки, неорганизованные и вплетенные в канву социальной жизни (Hayek 1937). Соответственно, он сомневался в том, что высоко централизованная плановая экономика может и дальше справляться с необходимой экономической информацией для разработки научного плана национальной экономической системы (Hayek 1935: 2089). Но взаимосвязи в интернете создали огромный информационный сетевой резерв, который частично решает проблему «разделения знаний», но в то же время дает больше неявных знаний в процессе взаимодействия отдельных сетей. Этот вид неявных знаний характеризуется особыми чертами, часто оказывает групповое воздействие и обладает самоочевидным пророческим эффектом, который кажется весьма сложным. Как разновидности баз данных, большим данным присущи такие черты, как большая вместимость, многотиповость, быстрый доступ и высокая ценность применения. Они могут собирать, хранить и анализировать информацию в больших количествах на разрозненных ресурсах и в разнообразных форматах. Сегодня интернет-магазины могут проводить сетевой пользовательский маркетинг на основе отчетов о покупках пользователей, отслеживания отчетов, траекторий путешествий на протяжении многих лет, что вносит вклад в прогнозирование потребительских привычек клиентов для технологии больших данных. По логике развития больших данных, в будущем будет в полной мере реализована и информационная революция (F. Wang 2015). Ожидается, что информация будет упорядочена, получена в исчерпывающей выборке, сохранена и проанализирована. Это создаст условия для дальнейшего обнаружения и использования неявных знаний.

2. Технология больших данных делает моментальное прогнозирование возможным. Кроме фактора (ограниченности. прим. пер.) полноты информации, на которую опирается план, широко критиковалось и наличие временного лага в плане. Эта задержка во времени не позволяет плану учитывать развитие экономической деятельности и даже порождает ошибки вплоть до потери информации во время ее передачи. По сравнению с традиционной технологией, большие данные значительно уменьшили время сбора и обработки информации на основе хранения больших объемов данных, облачных вычислений и интернет-приложений. Что еще более важно, большие данные не выделяют первенство теоретических параметров, не полагаются на требования высокого качества информации, не обращают внимания на причинно-следственные связи между переменными. Их внутренняя логика исходит из «теории, основанной на данных», «данные являются фактом», «данные являются решением» (Zhou 2013). Это позволяет находить проблемы, корректировать планы, делать макропрогнозы (Liu and Xu 2015) и усиливать контроль в реальном времени.

3. Технологии больших данных могут способствовать персонализированному и разнообразному потреблению и спросу. Неестественная критика традиционной плановой экономики, предложенная Хайеком, отрицает человеческую свободу и считает возможным сравнение рынка с человеческим мышлением (Hayek 1944: 91104). На самом деле в эпоху небольшого количества данных потребительские предпочтения могут быть подразделены только на определенные группы и не могут быть точно подстроены под индивидов. Компании часто внедряют массовое производство для определенной цели и предлагают однородные продукты, а на рынке преобладает волновое потребление. Таким образом, так называемая «свобода выбора» достаточно ограничена, большое количество индивидуальных, маленьких, разрозненных, «особенных» потребительских запросов теряется в «длинном хвосте» кривой спроса и игнорируется рыночным «законом доходов и затрат». Истинные предпочтения (потребителей.  прим. пер.) вынуждено исчезают в ограниченном количестве небольшого выбора одинаковых продуктов, которые «предоставляет» рынок. Развитие технологий больших данных избавляет от технической загвоздки запросов «длинного хвоста». Как только производство и предложение можно будет планировать в соответствии с индивидуальными предпочтениями, можно будет преодолеть слепоту рынка и пользоваться в полной мере преимуществами рационального распределения ресурсов плановой экономики.

4. Большие данные порождают значительные изменения в коммерческих организациях и бизнес-моделях. В свое время применение информационных технологий в производстве привело к созданию целого ряда систем. Среди них  системы планирования производственных ресурсов (enterprise resource planning , ERP), управления цепочками поставок (supply chain management, SCM), управления взаимодействием с клиентами (customer relationship management, CRM), а также другие информационные системы, которые изменили режим работы и обеспечивали автоматизацию, внедрение и планирование внутри самого предприятия. Новое поколение сетевых технологий, представленных крупными массивами данных, будет далее продвигать эволюцию организации производства от централизованной иерархичной организации до распределенной сетевой организации. Таким образом предприятия легче осуществляют высокий уровень интеграции внутренних и внешних знаний, обеспечивается также эффективная связь между цепочкой производства и цепочкой потребления (Jin et al. 2013), результативное слияние процессов производства и сервисных услуг. В других странах возникли одна за другой бизнес-модели, основанные на больших данных. Так, в рамках нового метода ценообразования  «метода проб и ошибок», сайт в режиме реального времени показывает вам цены на интернет-товары, укрепляет позиции потребителей при заключении сделок за счет исчерпывающей информации. Все это для установления в итоге более точной цены[10]. С развитием технологии больших данных сбор и распространение информации перемещается во внешние сервисы хранения данных, а большие данные становятся все более открытыми. Наряду с тенденциями развития сетевых технологий в ближайшем будущем интеграция, управление и применение больших данных будет неизбежно затребованы как на уровне индустрии, так и на макроуровне, а большие данные станут важным национальным стратегическим ресурсом.

 

Платформенная экономика: институциональные и организационные условия планово-ориентированной рыночной экономической системы

Большие данные технологически подготавливают планово-ориентированную рыночную экономическую систему, а также создают ее рабочую среду. В продвижении сетевых технологий и больших данных общественное производство, обращение и потребление проявили небывалую информатизацию, расщепленность и неограниченность (Zhang and Ma 2015). Как может планово-ориентированная рыночная экономическая система приспособиться к новой среде и добиться эффективного функционирования? В этой статье мы представляем новые переменные «платформенной экономики». Мы используем «платформенную экономику», чтобы показать конкретную экономическую форму планово-ориентированной рыночной экономической системы, и «платформенная экономическая организация» заменит центральную роль планировочных бюро в традиционной плановой экономике.

Платформа является по существу торговым пространством или местом, которое упрощает обмен между двумя или более клиентами и получает за это соответствующие сборы, которые и составляют ее прибыль (Xu 2007: 1). Как возникающая экономическая форма, платформенная экономика является двигателем глобализации, автоматизации и установления контактов (нетворкинга) (Li et al. 2013). Ее широко используют в разнообразных отраслях, включая аэропорты, обмен валют, торговые центры, систему кредитных карт, новую систему поставок, систему маркетинга и другие экономические оффлайн-платформы, а также электронную торговлю, финансовые услуги, социальный нетворкинг и другие экономические онлайн-платформы. Основа платформенной экономики  так называемый двусторонний (билатеральный) рынок. В отличие от традиционных рынков, двойные рынки состоят из сторон, которые взаимодействуют в рамках одной платформы. При этом одна сторона зависит от численного представления другой стороны на платформе (Armstrong 2006).

Возьмем для примера маркетинг мобильных приложений. Производители мобильных телефонов обычно используют прямой маркетинг или предварительно установленное программное обеспечение для целевых групп на традиционном рынке либо действуют как поставщики на двухстороннем рынке для создания магазинов приложений по типу супермаркетов (как Apple, Huawei и другие компании). Приложения для мобильных телефонов с разнообразными характеристиками и возможностями применения, которые предоставляют сторонние разработчики приложений, будут доступны для бренда мобильного телефона. Чем чаще приложение скачивают, тем больше оно получает положительных оценок потребителей и тем выше шансы его покупки другими пользователями. Так появляются более преуспевающие разработчики приложений. В то же время доля рынка изготовителей мобильных телефонов увеличивается за счет предложения дополнительных услуг. Этот перекрестный или же односторонний сетевой внешний фактор билатерального рынка является объединением интересов обеих сторон взаимодействия. Чтобы привлечь потребителей, поставщики должны разработать широкий спектр товаров и услуг с учетом их предпочтений и принять стратегию крутизны ценообразования, особенно для ключевых клиентов. Соответственно, потребители с одинаковыми предпочтениями получат разумную цену посредством групповых покупок, заказов и так далее. Таким образом, управление производством и услугами поставщиков оказывается эффективным для ценообразовательного механизма. Значит, потенциальный рыночный спрос, спрятанный в «длинном хвосте», — игнорируемая вспомогательная составляющая статистического распределения в бизнесе — может быть использован в полной мере (Li 2015). В китайской экономике закончился период подражательного широкомасштабного потребления, которое уступило место индивидуализированному и разнообразному потреблению. Рынок продавцов постепенно сменился рынком покупателей, а затем — двусторонним рынком.

 

 

Для платформенной экономики характерна плановая экономика. Это обусловлено следующими причинами.

1. Платформенная экономика обладает уникальной бизнес-экосистемой. Коммерческая экосистема платформенной экономики обычно состоит из руководящих, ключевых и вспомогательных групп (Huang and Zhou 2013). Руководящие группы, как провайдеры платформы, создают ее и выполняют функции посредников обмена, среди которых можно выделить такие группы: создатели рынка, создатели аудитории, координаторы спроса (Evan 2003). Ключевые группы  это стороны спроса и предложения, ведущие торговлю в платформенной системе. Их субъектами являются участники, которые обеспечивают гомогенный спрос и предложение на разных участках двустороннего рынка. Последние вместе определяют масштаб и качество платформы. Вспомогательные группы состоят из поставщиков таких услуг, как маркетинг, технологии, консультирование и так далее. Последние полагаются на работу платформы, поставщиков услуг  логистики, финансов и телекоммуникации, а также на государственное регулирование, вытекающее из торговли на платформе. В платформе бизнес-экосистемы операторы платформы сводят воедино информацию, устанавливают баланс спроса и предложения, внедряют регулирование, предоставляют другие услуги и выполняют другие функции. Таким образом, они играют ключевую роль центрального стратегического планирования и регулирования платформенной экономики.

2. Платформенная экономика обладает естественной монополией. Благодаря эффекту саморазрастания сетевого взаимодействия платформа с большим числом участником может привлекать новичков, снижать общие затраты и улучшать технический уровень, ускоряя таким образом расширение рынка. Когда общее число участников и транзакций достигает определенного уровня, платформа занимает зрелый сетевой рынок. Вместе с тем повышается и «сифонный эффект» вспомогательных и ключевых групп. Платформа ограничивает конкуренцию благодаря эксклюзивным критериям входа на рынок и консолидирующим монополиям, утверждая широко распространенный принцип  «победитель получает все»  в платформенной экономике (Fu et al. 2014). Государство же, защищая общественные интересы, играет роль сверхмонополии, руководя платформенной экономикой, что более обоснованно и рационально. Ключевой организацией планово-ориентированной рыночной экономической системы в информационную эпоху являются провайдеры платформы. По сравнению с центральным плановым советом традиционной плановой экономики, провайдеры платформы могут значительно уменьшить искажения, связанные с бюрократизмом и распределением ресурсов в организации. С точки зрения социологии, к типичным характеристикам бюрократии относятся разделение функций, ранжирование власти, управление и подчинение, негласные права и обязанности, жесткие процедуры и разделение общественного и частного (Zhang 2001).Центральному плановому комитету как бюрократической организации присущи такие явления, как бездействие, нерациональное принятие решений и коррупция. Их порождает информационная ассиметричность и чрезмерная концентрация власти, которые способствуют вырождению в привилегированные и служащие собственным интересам элиты. Этим и обеспокоен Котц (Kotz 1998). По сравнению с плотно организованной центральной плановой системой, у провайдеров платформы есть преимуществом «плоской организации», децентрализованных принятий решений, они могут дифференцировать и интегрировать демократические иерархии (Yang 2015). Это помогает уменьшить потерю информации при иерархической структуре, снизить риск принятия гиперцентрализированных решений, повысить прозрачность информации и принятия решений. К тому же, гипотеза, заложенная Максом Вебером в теории бюрократичной общественной организации, состоит в управлении элитами и прогнозируемой долгосрочной карьерной выгодой (Evans and Rauch 1999). По сравнению с политическим статусом, медицинским обслуживанием и непредвиденными возможностями повышения, которые предоставляет центральный плановый совет профессиональным служащим, экономическое стимулирование провайдеров платформы более эффективно благодаря его прямым, гибким и прогнозируемым характеристикам. В конце концов, государственные департаменты могут использовать информационные технологии для осуществления мониторинга за деятельностью операторов платформы. Они также могут определять информацию о работе платформы и аномалиях в финансовой информации на основе широкомасштабных данных, вовремя предотвращая бюрократизацию и возможные потери. Ключевые группы могут принимать участие в социальном наблюдении и партисипативном управлении открытым и справедливым путем, что было предусмотрено моделью «демократического планового партисипативного социализма». Этому будут способствовать сетевые сообщества, координация социального программного обеспечения, оценка услуг, общественные слушания, подотчетность и т. д.

 

Структура планово-ориентированной рыночной экономической системы

Планово-ориентированная рыночная экономическая система, которую мы хотим построить, является платформенной экономикой, основанной на больших данных, в которой будут преобладать государственные предприятия. Для лучшего понимания для анализа возьмем пример планово-ориентированной рыночной экономической системы, образованной государственным аэропортом. В этом случае:

1. Экономическая система является национальной собственностью и управляется государством. Аэропорт основан за счет государственных инвестиций или государственных предприятий. Государство владеет всей или большей частью собственности аэропорта через государственные предприятия. Ежедневные операции аэропорта финансируются государственным предприятием или профессиональной холдинговой компанией. Компания устанавливает разнообразные стандарты авиа- и других услуг для регулирования обмена, поддерживает и наблюдает за порядком (обстановкой, безопасностью, честной торговлей), расширяет рынок услуг, не связанных с полетами. В конце концов, она становится двойным оператором платформы на рынке авиа-услуг между авиалиниями и пассажирами, а также на рынке других услуг между продавцами и пассажирами (Jiang and Zheng 2013).

2. Экономическая система является информационно-интенсивной и информационно-зависимой. Информация об авиалиниях, билетах, полетах, контроле воздушной торговли, информация для пассажиров, общественных и бизнес- медиа, интернет-информация собраны и взаимодействуют в реальном времени. Начало полета и высота посадки зависят от решений службы контроля полетов, принятых на основе интегрированной информации, а работа самого аэропорта зависит от разных информационных потоков.

3. Теперь перейдем к аспектам закона стоимости и рыночной конкуренции. Авиалинии всех форм собственности решают, входить ли им на рынок, добавлять ли маршруты и предоставлять ли дифференцированные товары и услуги на основе объемов пассажирских потоков, ключевых потребностей клиентов и их собственных бизнес-характеристик. В этом случае форма собственности не является решающим фактором в рыночной конкуренции, а ее конкурентоспособность зависит от удовлетворения потребительских предпочтений товарами и услугами. Закон стоимости направляет распределение ресурсов, содействует инновациям в сфере услуг и выживанию сильнейших. Таким образом, среди авиалиний разных форм собственности формируется мягкая и полномерная конкуренция.

 

 

4. Аспекты двустороннего рынка и соответствие спроса и предложения. Продажу билетов на рейс обеспечивает система предварительной продажи. Билет на рейс приобретут только те покупатели, которым подходят направление, цена, время, тип и сервис, а потребители с другими предпочтениями  нет. В условиях высокой посещаемости, рентабельности маршрутов и рейсов будет и больше возможностей для графика полетов, выбора модели самолета, формы услуг и других свойства авиа-продуктов. Таким образом, выбор маршрутов и рейсов будет привлекательным для потребителя. В этом состоит главная особенность двустороннего рынка.

5. Централизованный план и демократический план. На двустороннем рынке авиа-продуктов и услуг есть много форм планирования: время взлета и посадки, распределение ресурсов и схема маршрута обязательно определяет план Бюро управления воздушным движением Администрации гражданской авиации Китая и других департаментов. Операторы аэропорта выполняют функции обобщения информации о полетах и пассажирах, управления авиалиниями для их участия в рыночной конкуренции, выбора потребительских товаров и разработки транзакций на рынке авиа-услуг с помощью концентрации порядковой и типовой информации о поставщиках и покупателях. Полеты обычно фиксированы, решения об увеличении или уменьшении их количества принимаются на основе последнего (а не текущего) рейса. Покупатели могут увеличить количество рейсов, покупая билеты, летая чартерными рейсами и т. д. в праздники и во время других пиковых нагрузок по перевозкам. Покупательское поведение и данные за предыдущие периоды не могут все время определять предложение авиа-товаров и услуг. Поэтому для распределения ресурсов и безопасности полетов централизованный план авиа-услуг лучше, чем демократический.

6. Макроруководство и общественная регуляция. Безопасную работу воздушных маршрутов и авиалиний обеспечивает и контролирует специальная служба Администрации гражданской авиации. Управляющая компания аэропорта отвечает перед национальными инвесторами за безопасность и работу аэропорта. Работа управляющей компании согласована с нормативными актами соответствующих государственных исполнительных департаментов. Экономическое развитие района аэропорта включено в местный государственный план развития, который направляют местные органы власти. Вместимость аэропорта и уровень его услуг находятся под контролем сети пассажиров. Очевидно, что подобная экономическая система преобладает в современной экономической жизни страны. Ей присущи основные черты планово-ориентированной рыночной экономической системы — преобладание государственных предприятий, централизованный и демократический план, многосекторная и многоагентная координация, а также полноценная конкуренция на двустороннем рынке.

Для обобщения соединим тенденции развития информационных технологий, расширим эту экономическую систему до масштабов национальной экономики и установим теоретические рамки планово-ориентированной рыночной экономической системы.

1. Институциональная структура. Государство обеспечивает создание или управление тремя предприятиями интернет-платформ, исполняющих функции операторов платформ в сфере больших данных, электронной коммерции, финансовых услуг трех двусторонних рынков, управляя потоками информации, товаров, услуг и капиталов в национальной экономике. В то же время на трех билатеральных интернет-рынках есть различные формы собственности и предоставляются дифференцированные товары и услуги предприятий-поставщиков. В плане спроса есть много крупных потребителей с разнообразными предпочтениями. Основная цель этих трех компаний, как государственных предприятий, не корпоративная прибыль, а поддержание бесперебойной работы национальной экономики, постоянное расширение рынков и эффективности транзакций. В основном бизнесе три компании работают независимо, но в тоже время тесно связаны между собой: платформа «больших данных» снабжает данными работу платформ «электронной торговли» и «финансовых услуг». Она же обеспечивает общественной и потребительской информацией стороны спроса и предложения в рамках платформы. Платформа финансовых услуг предлагает инвестиции и финансирование сторонам спроса и предложения платформ электронной торговли и больших данных. Рыночные операции платформы электронной торговли обслуживают платформу больших данных и финансовых услуг. Что касается структуры капитала, компании обмениваются своими долями (акциями) для поддержания бизнес-контактов и стратегической координации. Небольшое количество акций (или привилегированных акций) передаются в руки фондов социального обеспечения и частных капиталов для инвестиций (особенно для высокотехнологичных компаний с запатентованными технологиями). В то же время обе стороны рынка не участвуют в принятии стратегических решений платформы для обеспечения унифицированного справедливого распределения и эффективного распределения «социальных дивидендов».

2. Механизм работы. Первая категория  это механизм демократического планирования. Поставщики на индивидуализированном и разностороннем «рынке длинного хвоста» используют интернет-сервисы предварительной продажи, представляют свои товары и услуги на платформах электронной торговли и финансовых услуг, а также открыто заявляют о своих планах на производство товаров и услуг. Покупатели делают заказы в соответствии со спросом. Затем поставщики организовывают производство и предоставляют услуги согласно количеству, типу и специфическим требованиям заказов. Механизм демократического планирования регулируют транзакции на двустороннем рынке, а управление потреблением осуществляется в ходе обмена специфическими товарами и услугами. Вторая категория  механизм централизованного планирования. Полагаясь на технологию больших данных, компании интернет-платформ на масштабном и гомогенном рынке собирают и объединяют информацию о потребителях, доходах и расходах, управлении финансами и другую информацию, чтобы получить и определить расходы потребителей, точно прогнозировать потребности целевых групп, потребительские предпочтения целого общества, колебания регионального и цикличного спроса с помощью анализа данных. Совокупное предложение определяется совокупным спросом целевых групп, среды и целой национальной экономики. Определяются также ежеквартальные и ежегодные справочные каталоги по производству основных товаров и услуг с разным уровнем точности. Большие данные используются для отслеживания статуса транзакций на двустороннем рынке. Показатели спроса и предложения основных товаров и услуг сообщаются и обновляются в режиме реального времени. Такая информация открыта для поставщиков с разным типом собственности на платформе, чтобы помочь им принимать решения о производстве. Поставщики комплексно в количественном и типовом разрезе планируют поставки товаров и услуг, их технические функции, техническое исполнение и рыночное позиционирование на основе каталогов гибкого производства. Последние основываются на больших данных и поставках в режиме реального времени, а также индексе спроса, который отображает уровень удовлетворения спроса на рынке. Далее поставщики начинают полноценную конкуренцию в сфере поставок на двустороннем рынке. С помощью механизма демократического и централизованного планирования интернет-платформа может достичь полной интеграции принципов «индивидуальных потребностей», «точного планирования», «изготовления на заказ» и «конкуренции поставок».

3. Функция государственного предприятия. Как альтернатива центральной роли центрального планового совета государственные компании на интернет-платформах выполняют следующие функции.

-  Во-первых, трансформация центрального планировщика в интегрированного планировщика. Разнообразие типов планов на платформе делает возможным для государственных предприятий интернет-платформ быть двойственными. Они являются одновременно и централизованными разработчиками плана действий и развития национальной экономики, и посредниками, которые используют технологии больших данных и преимущества платформы для достижения демократического планирования спонтанных рыночных транзакций.

- Во-вторых, они занимаются планированием в развивающихся отраслях. Для таких отраслей, развитие которых поощряет государство, государственные предприятия интернет-платформ преобразовывают традиционную государственную политику поддержки в поддержку рыночных «ресурсов внимания». Это делается для того, чтобы непосредственно (но совместно с рынком) поддержать и отдать предпочтение рекомендованным высокотехнологичным продуктам и новым услугам. Это необходимо для продвижения предварительных продаж и других путей получения предварительного спроса на двустороннем рынке с целью отбора товаров и услуг с рыночным потенциалом. Это привлечет капитал и технологии, которые будут скапливаться в возникающей отрасли.

- В-третьих, они являются поставщиками общественных услуг в сфере больших данных. Современный рынок находится под значительным влиянием информации, а основные игроки принимают решения на основании неполной информации, поэтому овладение информацией даст ключ к пониманию тенденций рынка. Государственные предприятия интернет-платформ предоставляют основные общественные услуги в сфере больших данных на билатеральном рынке, которые не только заставляют большие данные прямо служить производству товаров и услуг, но и препятствуют слепоте рынка и спекуляциям. Таким образом, двусторонний рынок может быть более надежным.

- В-четвертых, они создают стандарты двустороннего рынка. Стандарт  еще один стратегический ресурс современной рыночной конкуренции. Крупнейшие экономики мира косвенно контролируют рынок через монопольные стандарты. Государственные предприятия интернет-платформ усиливают контроль над рынком, развивая стандарты двустороннего доступа к интернету. Технологические нормы ведущих отраслей промышленности принимаются в качестве общих отраслевых стандартов со стороны платформы и предприятий такого же масштаба, чтобы повысить влияние на промышленное развитие.

- В-пятых, они являются регуляторами двустороннего рынка. По сравнению с традиционными методами наблюдения и принуждения, сетевое наблюдение государственных предприятий интернет-платформ более эффективно. В соответствии с законами, регулированием и критериями входа на двусторонний рынок, платформы могут полагаться на большие данные, оценки товаров и услуг, а также жалобы сети потребителей, чтобы наблюдать и регулировать качество товаров и услуг, коммерческое мошенничество, использование рабочей силы, загрязнение окружающей среды и так далее[11].

- В-шестых, они осуществляют политику макроконтроля. Государственные предприятия интернет-платформ являются важными исполнителями национальной политики. В теории билатеральный интернет-рынок может значительно уменьшить дисбаланс между спросом и предложением, созданный экономическими колебаниями. Это возможно благодаря эффективности централизованного и демократического планов, которые сокращают применение политики макроконтроля. Тем не менее, принимая во внимание влияние экономических колебаний, государственные компании интернет-платформ должны эффективно регулировать двусторонние рынки. В то же время для обеспечения масштаба и статуса билатеральных рынков в национальной экономике и дальнейшего поощрения экономической координации и здорового развития осуществляется политика макроконтроля.

- В-седьмых, они являются организаторами платформенной экосистемы. Технологии, логистика, другие товары и услуги третьего порядка находятся в фокусе государственных предприятий интернет-платформ. В то же время вокруг платформенной интернет-экономики может быть сформирована огромная промышленная система «платформа + население».

 

Дальнейшее обсуждение: некоторые проблемы планово-ориентированной рыночной экономики

Из вышеописанной программы вытекают четыре основных вопроса, которые требуют ответа. Вопрос, восходящий к основной экономической системе на основном этапе социализма.

1. В этой программе на двустороннем рынке есть большое количество предприятий общественной и частной собственности; предприятия двух видов собственности одновременно конкурируют и развиваются в равной мере. Преобладание общественной формы собственности в национальной экономике связано с тем, что в основном государственные предприятия, которые управляют интернет-платформой, контролируют нематериальные экономические активы, такие как большие данные в интернете, играют ключевую роль в развитии платформенной экономики и имеют огромное влияние на всю национальную экономику через билатеральный рынок. Более того, Ланге указал на то, что «аналогия между распределением ресурсов в конкурентной капиталистической и социалистической экономиках является чисто формальной. Формальные принципы те же, а фактическое распределение может существенно различаться», отличие состоит в «распределении доходов и полноты факторов, входящих в систему цен» (Lange 1937: 12325).

Планово-ориентированная рыночная экономическая система может в полной мере использовать более высокие стандарты труда и окружающей среды, чтобы управлять первоначальным распределением доходов, отражающим общественные издержки на производство товаров и услуг.

 

"Планово-ориентированная рыночная экономическая система может в полной мере использовать более высокие стандарты труда и окружающей среды, чтобы управлять первоначальным распределением доходов, отражающим общественные издержки на производство товаров и услуг"

 

2. Проблема продвижения неконкурентных сфер экономического планирования. В сферах построения объектов инфраструктуры, фундаментальных научных и технологических исследований, других основных крупных направлений инвестиций, которые нуждаются в масштабных централизованных вливаниях и долгосрочном возврате (инвестиций.  прим. ред.), большие капиталовложения и усилия более эффективны в социалистической системе, чем рыночно-ориентированный подход. Следовательно, на первое место выходит «планово-проектная система», реализовать которую можно с помощью централизованного плана высшего руководства и проектной конкуренции на уровне низшего руководства и предприятий. В сферах сырья и энергоресурсов, которые составляют Вопрос решения проблемы перепроизводства. В нашей программе тоже существует проблема перепроизводства. Но нужно различать две ее формы: первая  это провал товара из-за неспособности в процессе конкуренции «вызвать восторг»; вторая  товары, производимые «зомби-фирмами». Проигравший товар все еще может реализовать свою стоимость. Может случиться совпадение неудачной персонализации и диверсификации в неправильном месте и в неправильное время для неправильных целевых групп: примером могут служить излишки продуктов сельского хозяйства и промышленности. Мы можем сократить такие товарные запасы с помощью технологии больших данных, межрегиональных и межстрановых свопов[12]  временного, межгосударственного и межрегионального обмена, регулировки и повторной переработки избыточных продуктов. Термин «зомби-бизнес» касается неплатежеспособных предприятий, находящихся в затруднительном положении, неспособные встать на ноги, полагаясь на «ложные» кредиты больших банков, чтобы перестроится и выжить во времена «потерянного десятилетия»[13] в Японии (Caballero et al. 2008). Подобные предприятия растут медленно (Ahearne and Shinada 2005), занимая и истощая экономические ресурсы. Как сказал Ланге, «ошибки могут быть локализированы, частичное перепроизводство не нужно превращать в обычное» (Lange 1937, 126). В историческом анализе и точном прогнозе больших данных предприятия могут своевременно замечать излишки и контролировать их. Скорее в этом, а не в слепом производстве отклонений от предпочтений потребителей состоит прогресс. Основные расходы национальной экономики, механизм ценообразования регулируют государственные правила, а управляет им государственный капитал. В процессе становления рынков сырьевой нефти и золота в Китае он может управляться и на основе рынка капиталов. Это происходит потому, что «современные цены на нефть больше не зависят от традиционного отношения спрос  предложение, а контролируются сложными финансовыми рынками » (Engdahl 2008).

 

 

3. Проблема расширяющейся социальной занятости. Развитие информационных технологий делает производство все более автоматизированным, интеллектуальным и технически оснащенным. Cпрос же на рабочую силу продолжает падать. Деловая экосистема платформенной экономики может перемещать рабочую силу из производственной сферы в сферу обращения, из материального производства в сферу услуг, поддерживая работу платформенной экономики. Это области логистики, новых технологий, финансов и других отраслей. В информационную эпоху эффективность расширяющейся социальной занятости в этих областях выше, чем в традиционных материальных производствах.

Следует подчеркнуть, что программа планово-ориентированной рыночной экономической системы в информационную эпоху, которую мы предложили, является переходной программой, осуществляемой на начальной стадии социализма. На самом деле программа задает общие рамки планово-ориентированной рыночной экономической системы и нуждается в дальнейшем теоретическом подтверждении.

 

Перевели Елизавета Гавриленко и Александр Кравчук по публикации: Wang, B. and Li, X., 2017. "Big Data, Platform Economy and Market Competition: A Preliminary Construction of Plan-Oriented Market Economy System in the Information Era". In: World Review of Political Economy, Vol. 8, No. 2 (Summer 2017), pp. 138-161.

 


 

Примечания

1. Оскар Ланге (1904—1965) —польский экономист, разработчик модели «рыночного социализма», в которой пытался совместить конкурентные преимущества рынка и плановую эффективность централизованного планирования. Подробнее см. в  работе Ланге «Об экономической теории социализма». — прим. пер.

2. Компьютеры могут помочь бюрократии справляться с возрастающими проблемами социального менеджмента, но они не могут создать новую социальную структуру, даже предложить лучшую (Botington 1973: 123–24).

3.  Центральный орган планирования на государственном уровне, предлагаемый моделью Ланге. Модель Ланге была в значительной мере внедрена в Советском Союзе. Функцию Центрального планового совета осуществлял Госплан СССР —  государственный орган, ответственный за общегосударственное планирование развития народного хозяйства и выполнение народно-хозяйственных планов. — прим. пер.

4.  См. также Ланге (Lange 1936: 64). Это задает правила комбинации факторов производства и выбор объемов производства товаров фабрик  для определения товара индустрии, распределения ресурсов и параметрического использования цен в вычислениях. В конце концов, цены фиксируются для достижения баланса между количеством поставленных и требующихся товаров.

5. Мейнфрейм — большой универсальный высокопроизводительный отказоустойчивый сервер со значительными ресурсами ввода-вывода, большим объёмом оперативной и внешней памяти, с интенсивной пакетной и оперативной транзакционной обработкой. Появление прототипов мейнфреймов в послевоенное время дало возможность более эффективно обрабатывать потоки информации, в том числе и об экономических процессах — прим. пер.

6. Здесь речь идет о «фордизме» — системе организации поточно-массового производства, основанной на использовании конвейера. В этой системе впервые широко стали применяться методы стандартизации, типизации и конвейеризации процессов производства, что позволило значительно повысить производительность труда через его интенсификацию  — прим. пер .

7.  Laissez-faire ( от фр. «позвольте-делать») — «принцип невмешательства», экономическая доктрина, согласно которой государственное вмешательство в экономику должно быть минимальным, сосредоточено на защите людей и их собственности, национальной безопасности и предоставлении ограниченного количества общественных благ, таких как дороги. Доктрина широко используется современными апологетами рыночного подхода для уменьшения роли государства в управления экономикой. — прим. пер.

8.  Существуют разные мнения на счет  перспектив развития технологий по закону Мура. Подробнее см. статью Тараса Саламанюка «В сумерках Мура: причины и последствия замедления цифрового прогресса» по ссылке [link] прим. пер.

9. Ключевая информация (Data for the World) за 2005—2015 доступна по ссылке [link].

10. В 2011 году Decide.com, технологическая компания в Сиэтле, США, запустила портал для прогнозирования цен товаров для бесконечного числа клиентов. На цену интернет-продуктов влияет большое количество факторов. Информация о ценах, которую компания собирает, находится в режиме реального времени, пользователи хотят обладать этой информацией. Все эти факторы будут влиять на цену продукта. Заданная цена, основанная на прогнозировании информации, непременно улучшит его конкурентность (Ma 2015).

11. В начале XXI века Европейский Союз, Соединенные Штаты и Китай в соревновании по мобильным стандартам соответственно сформулировали эксклюзивные WCDMA, CDMA2000, TD-SCDMA, которые были установлены как критерии приема на их локальных рынках.

12.  Своп — торгово-финансовая обменная операция в виде обмена разнообразными активами. В такой сделке покупка или продажа товаров сопровождается заключением контрсделки об обратной продаже (покупке) того же товара через определенный срок. Здесь это подразумевает подстраховку путем выкупа в случае переизбытка произведенного товара на межрегиональном уровне. — прим. пер.

13. «Потерянное десятилетие» — период 1991-2000 годов в Японии после коллапса японского финансового пузыря. Характеризуется отсутствием экономического роста, высоким уровнем безработицы, большим количеством фирм, обремененных огромными кредитами. — прим. пер.

 

Источники

Ahearne,  A.  G.,  and  N.  Shinada.  2005.  “Zombie  Firms  and  Economic  Stagnation  in  Japan.” In: International Economics and Economic Policy 2 (4): 363–81.

Albert, M., and R. Hahnel. 1991. The Political Economy of Participatory Economics. Princeton: Princeton University Press.

Armstrong, M. 2006. “Competition in Two-Sided Markets.” The RAND Journal of Economics 37 (3): 668–91.

Botington, S. 1973. Computers and Socialism. Nottingham: Spokesman Books.

Caballero, R. J., T. Hoshi, and A. K. Kashyap. 2008. “Zombie Lending and Depressed Restructuring in Japan.” American Economic Review 98 (5): 1943–77.

Callinicos, A. 2003. An Anti-Capitalist Manifesto. Cambridge: Polity Press.

Castells, M. 2010. End of Millennium: The Information Age: Economy, Society, and Culture. Volume III. 2nd ed. Malden: Wiley-Blackwell.

Cheng, E. 1992. “Learn from the Western Experience to Establish a Plan-Oriented Market Economy System.” [In Chinese.] Study of Finance and Economics, no. 9: 16–9.

Cockshott, W. P., and A. F. Cottrell. 1993. Towards a New Socialism. Philadelphia: Coronet Books.

Devine, P. 1988. Democracy and Economic Planning: The Political Economy of a Self-Governing Society. Boulder: Westview Press.

Engdahl, F. W. 2008. “Perhaps 60% of Today’s Oil Price Is Pure Speculation.” Global Research, May 2. Accessed August 22, 2016. Available 21.11.2017 at: [link].

Evan, D. S. 2003. “The Antitrust Economics of Multi-Sided Platform Markets.” Yale Journal on Regulation 20 (2): 325–81.

Evans, P., and J. E. Rauch. 1999. “Bureaucracy and Growth. A Cross-National Analysis of the Effects of ‘Weberian State’ Structures on Economic Growth.” American Sociological Review 64 (5): 748–65.

Fang, G. 2009. “Some Backgrounds of the Soviet Union’s Choice of the Planned Economy System after the October Revolution.” [In Chinese.] Studies on Marxism, no. 9: 89–93.

Fu, Y., G. Sui, and Z. Zhao. 2014. “Single-Oligopoly Competitive Monopoly: A New Market Structure— The Case of Internet Platforms.” [In Chinese.] China Industrial Economics, no. 1: 140–52.

Hayek, F. A. 1935. Collectivist Economic Planning: Critical Studies on the Possibilities of Socialism. London: George Routledge.

Hayek, F. A. 1937. “Economics and Knowledge.” Economica 4 (13): 33–54. Hayek, F. A. 1944. The Road to Serfdom. London: Routledge.

Hey, T., S. Tansley, and K. Tolle, eds. 2009. The Fourth Paradigm: Data-Intensive Scientific Discovery. Seattle: Microsoft Research.

Huang, Y., and X. Zhou. 2013. “Study on Business Model of Platform Enterprises.” [In Chinese.] Commercial Times, no. 23: 23–26.

Jiang, S. K., and Y. Zheng. 2013. “Airport Pricing Strategy and Its Influencing Factors Under the Framework of Platform Economics—Based on Empirical Analysis of Airports Market Structure in China.” [In Chinese.] Finance & Trade Economics, no. 6: 128–37.

Jin, X., T. Wang, and X. Yang. 2013. “Research on the Construction of Linkage-Type Database Marketing Model in Big Data Area—A Case into FAW.” [In Chinese.] China Industrial Economics, no. 6: 122–34.

Kotz, D. M. 1998. “Sustaining Socialism: Lessons from the Soviet and Chinese Experience.” The Tenth Conference of North American and Cuban Philosophers and Social Scientists, Havana, Cuba, June.

Kotz, D. M. 2000. “Socialism and Capitalism: Lessons from the Demise of State Socialism in the Soviet Union and China.” In Socialism and Radical Political Economy: Essays in Honor of Howard J. Sherman, edited by R. Pollin, 300–17. Cheltenham: Edward Elgar.

Kotz, D. M. 2002. “Socialism and Innovation.” Science & Society 66 (1): 94–115.

Kotz, D. M. 2005. “The Role of the State in Economic Transformation: Comparing the Transition Experiences of Russia and China.” Economics department working paper series, no. 67. Accessed May 12, 2017. [link].

Lange, O. 1936. “On the Economic Theory of Socialism: Part One.” Review of Economic Studies 4 (1): 53–71.

Lange, O. 1937. “On the Economic Theory of Socialism: Part Two.” Review of Economic Studies 4 (2): 123–42.

Lange, O. 1967. “The Computer and the Market.” In Socialism, Capitalism and Economic Growth: Essays Presented to Maurice Dobb, edited by C. H. Feinstein, 158–61. Cambridge: Cambridge University Press.

Li, L. 2015. “Platform Economic Development and the Reform of Government Control Pattern.” [In Chinese.] Economist, no. 7: 27–34.

Li, Xiaoling, and Xinjian Li. 2013. “Operation Mechanism Research Review of Platform Enterprises in Bilateral Market.” [In Chinese.] Journal of Zhongnan University of Economics and Law, no. 1: 31–37.

Li, Y., H. Liu, and S. Huang. 2013. “Study Trends of Platform Economy Theory.” [In Chinese.] Economic Perspective, no. 7: 123–29.

Liu, T., and X. Xu. 2015. “Summary of Big Data and Macro Economy Analysis.” Foreign Theoretical Trends, no. 1: 57–64.

Loebl, E. 1971. “Computer Socialism.” Studies in Soviet Thought 11 (4): 294–300.

Ma, Z. 2015. “Marketing Innovative Way Choices for SMEs in Big Data Age.” [In Chinese.] Journal of Commercial Economics, no. 4: 62–63.

Mises, L. 1990. “Economic Calculation in the Socialist Commonwealth.” Translated by S. Adler. Auburn: Ludwig von Mises Institute.

Pollak, A. 1997. “Information Technology and Socialist Self-Management.” Monthly Review 49 (4): 32–50.

Ren, B., and W. Xin. 2015. “China’s New Normal Economic Growth Path and Policy Transformation in Big Data Era.” [In Chinese.] Journal of Humanities, no. 4: 29–35.

Rosenstein-Rodan, P. N. 1943. “Problems of Industrialization of Eastern and South-Eastern Europe.” The Economic Journal 53 (210/211): 202–11.

Shapiro, C., and H. R. Varian. 1999. “The Art of Standards Wars.” California Management Review 41 (2): 8–32.

Tao, W. 2007. “Theory of New Planned Economy in the Age of Information.” [In Chinese.] Journal of Jiangsu Administration Institute, no. 3: 60–64.

Tao, W. 2009. “New Debate on Two Economic Systems in the Information Age.” [In Chinese.] Marxism & Reality, no. 5: 132–37.

Taylor, F. M. 1929. “The Guidance of Production in a Socialist State.” American Economic Review 19 (1): 1–8.

Wang, D. 2015. “Big Data Methods of Macro Prudential Supervision: Background, Principles and Practice in the United States.” [In Chinese.] Studies of International Finance, no. 9: 55–65.

Wang, F. 2015. “Transform from Big Data Crisis to All-Data Revolution.” [In Chinese.] Chinese Social Sciences Today, March 23: B1.

Watts, D. J. 2007. “A Twenty-First Century Science.” Nature 445 (7127): 489.

WRPE    Produced and distributed by Pluto Journals: [link]

Weiss, L. 2000. “Globalization and State Power.” Development and Society 29 (1): 1–15.

Weiss, L. 2005a. “Global Governance, National Strategies: How Industrialized States Make Room to Move Under the WTO.” Review of International Political Economy 12 (5): 723–49.

Weiss, L. 2005b. “The State-Augmenting Effects of Globalisation.” New Political Economy 10 (3): 345–53.

Xu, J. 2007. Theory of Platform Economics, and Practice of Platform Competition. [In Chinese.] Shanghai: Shanghai Jiaotong University Press.

Yang, R. 2015. “Study on Organizational Structure of the Network Virtual Space and Its Impact and Governance on the Bureaucratic Hierarchy.” [In Chinese.] Teaching and Research, no. 11: 67–77.

Zhang, K. 2001. “Weber’s Theory of Bureaucracy.” [In Chinese.] Teaching and Research, no. 6: 27–32.

Zhang, Y., and L. Ma. 2015. “Heterogeneity Demand, Net Supply and New Industrialization at the Mass Data Era.” [In Chinese.] Economist, no. 8: 44–51.

Zhou, T. 2013. “Big Data Version 1.0, Version 2.0 and Version 3.0: Business Revolution under Subversive Change.” [In Chinese.] People’s Tribune, no. 10: 24–25.

Залишити коментар