ХЛЕБОРАБСТВО

  • 16 червня 2009
  • 1821
ХЛЕБОРАБСТВО

Рынок земли в Украине еще не открыт, а землю уже начали скупать иностранные государства и корпорации. Компрадорская буржуазия приветствует неоколониальных «инвесторов» из Ливии, Саудовской Аравии и Китая

Землю феллахам

25-26 мая сего года премьер-министр Юлия Тимошенко посетила Великую Социалистическую Народную Ливийскую Арабскую Джамахирию, где достигла ряда договоренностей с местным руководством. В частности, вместе со своим ливийским коллегой Аль-Багдади Али Аль-Махмуди она утвердила проект «100 тысяч гектаров», предусматривающий выделение на украинской территории земельного участка соответствующего размера, на котором будут выращивать зерновые для нужд Ливии и других стран африканского континента. Эту землю передадут в аренду ливийской стороне. Кроме того, на правах аренды ливийцам будут переданы элеваторы для хранения зерна, а в одесском порту будет построена специальная зона, которая позволит транспортировать урожай по морю.

Идею создания совместного предприятия для выращивания зерна Украина и Ливия начали обсуждать еще в 2004 г., и уже тогда ливийская инвестиционная компания «Лафико» выразила готовность приобрести 100 тыс. га украинской пашни для выращивания пшеницы. Финансировать СП должна была ливийская сторона, она же получала бы и львиную долю урожая (какую-то часть планировали направлять на прокорм украинской столицы). В 2005 г. переговоры продолжились с участием представителей новой украинской власти, которые пообещали в случае потребности увеличить арендуемые площади до 250 тыс. га. А в конце 2007 г. этой темой заинтересовался тогдашний премьер Виктор Янукович. Вплотную решением вопроса занимались на протяжении 2008 г. с украинской стороны корпорация «Индустриальный союз Донбасса», президент Виктор Ющенко и правительство Юлии Тимошенко. «Сепаратные» переговоры ливийская сторона также ведет и на местах – в частности, с руководством Винницкой облгосадминистрации.

По словам Тимошенко, реализация программы «100 тыс. га» позволит ливийцам ежегодно получать 4 млн. т зерна, однако каким образом ей удастся добиться таких показателей, пока непонятно. Даже если отныне всегда будет повторяться прошлогодний рекорд урожайности – 37 центнеров с гектара – на 100 тыс. га будут вырастать всего 0,37, а никак не 4 млн. т хлеба. То ли это просто традиционные «сказки о будущем», характерные для главы украинского правительства, то ли Украина будет поставлять недостающую разницу из других закромов, то ли площадь, выделенную ливийцам на кормление, планируется расширять, постепенно увеличив в десять раз. В пользу последней версии можно истолковать слова министра аграрной политики Юрия Мельника, который заявил, что «мы готовы расширить сотрудничество, потому что потребность Ливии в фуражном зерне и пшенице не ограничивается 100 тыс. га». Он не исключил, что ежегодно Украина может дополнительно предоставлять Ливии до 40 тыс. га земли. При таких темпах ровно через 25 лет у ливийцев в Украине окажется искомый миллион гектаров пашни.

Украинский латифундист Аркадий Корнацкий, рапоряжающийся более чем 30 тыс. га пашни в Николаевской области, заявил, что вообще не понимает, о какой земле идет речь: «Вся земля в Украине распаевана и находится в частных руках. Та, которая принадлежит государству, тоже передана в длительное пользование. Даже земля Министерства обороны (которой много, и она пригодна для обработки) тоже кем-то сейчас обрабатывается». Из заявлений Юрия Мельника, впрочем, можно сделать вывод, что имеется в виду частная земля украинских корпораций: «В апреле 2008 года был подписан меморандум о выполнении проекта между ИСД и ливийской компанией, а сегодня мы можем предложить ряд аналогичных проектов. Есть предложение ливийской стороне внедрить совместное производство на 100 тыс. га земли на базе компании «Агросоюз» по выпуску аграрной продукции».

Отметим, что на заключение обычного контракта о поставках уже готового продовольствия ливийцы не согласились: по словам министра, они настояли на передаче земли в аренду – «потому что в этом видят определенные гарантии». Такое поведение ливийской стороны, возможно, пока что не совсем понятно украинским властям, но вполне объяснимо исходя из мировых тенденций.

Отобрать удочку

Страны с засушливым климатом или просто с недостаточной территорией давно были озабочены проблемой обеспечения собственной продовольственной безопасности в долгосрочной перспективе. К действиям их подтолкнул мировой продовольственный кризис, начавшийся в 2007 г. Самым страшным стал даже не стремительный рост цен на продукты, а применение странами-экспортерами внерыночных механизмов защиты своего населения: так, Украина (правительство Юлии Тимошенко) и Индия на какое-то время запретили вывоз пшеницы, а Аргентина резко подняла экспортные пошлины. Обладая достаточным количеством денег, чтобы перекупить аграрную продукцию, такие страны, как Китай, Южная Корея, Япония, аравийские монархии все равно оказались перед угрозой нехватки продовольствия. Был найден выход: правительства и крупные корпорации из соответствующих стран начали массово скупать (или брать в аренду, где покупка запрещена) землю в странах-«житницах». Прелесть такой схемы в том, что такой «инвестор» не зависит от прихотей рынка: как правило, в контрактах оговаривается, что он сам распоряжается выращенной продукцией и имеет полное право вывозить весь урожай к себе на родину. Таким образом, в полном соответствии с любимой присказкой всех либералов, эти страны стремятся отобрать у Третьего мира «удочку», не удовлетворяясь регулярным отъемом «рыбы».

Большая часть подобных сделок произведена на протяжении последнего года. Лучше всего «освоена» Африка: на Черном континенте такие инвесторы распоряжаются уже более чем 7 млн. га пашни. Но ведется работа и в других направлениях: так, Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива рекомендует своим членам покупать землю в Юго-Восточной Азии, и в августе прошлого года кувейтские инвесторы уже приобрели угодья в Камбодже. Катар выращивает рис в Камбодже, кукурузу и пшеницу в Судане и овощи во Вьетнаме. Индия получает «эксклюзивные» бобы из Бирмы. А саудовская фирма Al-Qudra Holding планирует в этом году приобрести в общей сложности 400 тыс. га земли – в Австралии, Хорватии, Египте, Эритрее, Индии, Марокко, Пакистане, Филиппинах, Судане, Сирии, Таиланде, Вьетнаме и Украине. Землей в постсоветских странах активно интересуется и Китай: в России китайцы уже приобрели за $21,4 млн. 80,4 тыс. га, а с Казахстаном и Украиной активно ведутся переговоры. На Казахстан и Украину также нацелены амбиции правительства ОАЭ. Таким образом, ливийское правительство стало первым, но далеко не последним иностранным покупателем украинских черноземов. Скупка земли всегда вызывает множество эмоций в народе, поэтому восточные инвесторы ценят социальную пассивность и низкий протестный потенциал постсоветского населения, объясняют эксперты.

С легкой руки главы Продовольственной и сельскохозяйственной организации (ФАО) ООН Жака Диуфа термин «неоколониализм» в отношении таких сделок перекочевал даже на страницы таких респектабельных рупоров транснационального капитала, как Economist и Financial Times. Стандартный контракт, заключаемый Китаем и Саудовской Аравией, предусматривает долгосрочную аренду земли сроком на 99 лет. При этом, например, КНР, приобретая земли в африканских странах, предпочитает направлять для работы на них собственных сельскохозяйственных рабочих – в этом году на африканских фермах будет работать около миллиона китайцев. Так что даже о пресловутом «создании рабочих мест» зачастую никакой речи быть не может. Да и никаких особых инвестиций (кроме тех, которые нужны собственно для производства и вывоза еды), как правило, никто не обещает. Новые хозяева земли, вообще, не намерены особо церемониться с местным населением: например, полмиллиона гектаров, которые Саудовская Аравия покупает в Пакистане, будет охранять от «покушений» частная армия из 100 тыс. чел. Кроме того, закон гарантирует защиту «инвесторов» на случай смены правительства в Пакистане на менее дружелюбное.

Самая, пожалуй, вопиющая сделка планировалась южнокорейской компанией Daewoo Logistics с правительством Мадагаскара. Согласно договору, корпорация приобретала в лизинг на 99 лет 1,3 млн. га (всего на Мадагаскаре – 2,5 млн. га пахотной земли) для интенсивного выращивания кукурузы (обедняющей почву) на экспорт в Южную Корею. Рабочую силу предполагалось привлекать, в основном, из соседней ЮАР. Плата за аренду земли не предусматривалась: мадагаскарская сторона должна была удовольствоваться тем, что корейцы создадут некоторое количество рабочих мест, распашут ранее неиспользуемые пустоши, проложат дороги к порту, обеспечат ирригацию и соорудят зернохранилища, потратив на это все $2 млрд. По данным Всемирной продовольственной программы (ВПП) ООН, более 70% населения Мадагаскара живет за чертой бедности, а около 50% детей до трех лет страдают от замедленного развития вследствие хронического недоедания. Тем не менее, правительство островного государства в целом одобрило план, ожидая только оценки экологов. Для отмены сделки потребовалось свержение власти в ходе «оранжевой революции», поддержанной армией: в мае новый президент Андри Раджоелина прекратил переговоры с корейской стороной. Хотя сами корейцы до конца надеялись, что и новая власть продолжит «взаимовыгодное сотрудничество».

Впрочем, мадагаскарский случай вошел в анналы лишь благодаря своим масштабам: аналогичные по существу сделки совершает, например, правительство Эфиопии, давно уже ставшей притчей во языцех из-за хронического голода. «Мы с большой радостью предоставим сотни тысяч гектаров сельскохозяйственной земли для инвестиций», – пообещал недавно саудовской делегации премьер-министр этой страны Мелес Зенауи. Арабские инвесторы, вложившие $100 млн., могут вывозить домой весь выращенный хлеб, ячмень и рис и освобождены на несколько лет от всех налогов.

В то же самое время ВПП выделяет $116 млн. на то, чтобы обеспечить недоедающему населению Эфиопии 230 тыс. т продовольствия в период 2007-2011 гг. Похожая ситуация и в Судане, где правительство раздало инвесторам 1,5 млн. га земли и позволяет им вывозить 70% урожая, в то же время будучи крупнейшим в мире получателем продовольственной помощи. И в Камбодже, где полмиллиона людей голодают, а правительство раздает земельные концессии азиатским и ближневосточным государствам – притом, что никому неизвестно, например, что же именно предлагает Кувейт в обмен на аренду рисовых полей.

Всего, по данным Международного института исследований продовольственной политики, с 2006 по 2009 г. во всем мире бедные страны предоставили или готовы были предоставить от 15 до 20 млн. га пашни иностранным партнерам. Сумма заключенных сделок – от $20 до $30 млрд., что, по меньшей мере, в десять раз превышает объем пакета чрезвычайной помощи сельскому хозяйству, недавно объявленного Всемирным банком, и в 15 раз – объем недавно созданного правительством США фонда по обеспечению продовольственной безопасности.

Пока плодородные земли бедных стран используют для прокорма более богатых держав, голодающее население кормят «гуманитарной помощью», обеспечивая таким образом рынок сбыта крупным американским агрокорпорациям. Правительство США под действием аграрного лобби сознательно наращивает объемы продовольственной помощи, предоставляя ее страждущим в виде мешков с рисом и кукурузой, а не денег, на которые можно было бы вырастить этот рис на месте или купить в соседней стране, и уж точно не в виде необходимой техники и передовых агротехнологий. Здесь опять как нельзя более кстати придется извечная мантра о рыбе и удочке.

Корпорации

Если скупка пашен «безземельными» правительствами – явление новое, то частный капитал давно действует на этом рынке. Разница в том, что государства стремятся обеспечить продовольствием собственное население, а корпорации интересует только прибавочная стоимость: они стремятся вырастить продукт по низкой себестоимости и подороже продать его на мировых рынках. Например, британская корпорация Sun Biofuels выращивает биотопливо на плодородных полях голодающих Мозамбика и Эфиопии. Примечательна роль международных финансовых учреждений и хеджевых фондов – Goldman Sachs, Morgan Stanley, BlackRock, Louis Dreyfus. В Китае Goldman Sachs купил за полмиллиарда долларов землю, на которой разводит свиней и птицу. А Morgan Stanley в марте этого года приобрел 40 тыс. га в Украине. В помощь им Всемирный банк, Международная финансовая корпорация и Европейский банк реконструкции и развития оказывают давление на правительства, чтобы те изменили свои законы и разрешили иностранцам владеть землей. Автор этих строк лично слышал заклинания о «рынке земли» от представителя интересов американского бизнеса в Украине, от немецкого посла и от десятков «экспертов» из организаций, подопечных МВФ и другим международным структурам.

Бывают и настоящие стервятники. Бывший банкир с Уолл-стрит Филипп Хайльберг, ныне возглавляющий инвестиционную компанию Jarch Capital (зарегистрированную на Виргинских островах), недавно приобрел в лизинг 400 тыс. га плодородной земли в Судане у сына Паулино Матипа – полевого атамана, выдвинушегося во время недавно завершившейся гражданской войны. Компания, в которой работают бывшие чиновники Госдепартамента США и ЦРУ, внимательно отслеживает политические события, поддерживая контакты с боевиками в Дарфуре, оппозицией в Эфиопии и государственными образованиями на территории Сомали. «Если сделаешь правильную ставку на смену суверенитета, ты в выигрыше. Я постоянно изучаю карту и ищу новые ценности», – делится секретами успеха г-н Хайльберг.

Последствия сотрудничества государства с частными инвесторами известны: нарицательным стал пример Аргентины, где во время кризиса 2000-2001 гг. землю «на корню» скупили американские компании, и в конце концов оказалось, что фермерам просто негде выращивать продукцию.

Все будет плохо

Энтузиасты указывают на ряд позитивных сторон земельных сделок для стран-«житниц»: прежде всего, долгожданные инвестиции. По информации Всемирного банка, темпы роста урожайности за последние 40 лет сократились с 3-6% до 1-2% в год. А в 14 странах, наиболее зависимых от аграрного сектора, доля государственных расходов на сельское хозяйство с 1980 по 2004 г. сократилась почти вдвое. Искомый добросовестный инвестор должен возродить аграрную инфраструктуру, возобновить прикладные исследования и всячески способствовать всемерному развитию страны. Такие настроения сильны в Украине: «Многие украинские производители были бы даже рады продать права аренды на землю иностранцам. Всем катастрофически не хватает средств, десятков миллионов долларов. Лично я готов работать с любыми шейхами, потому что украинское село ждет инвестиций», – заявил Аркадий Корнацкий. По расчетам аналитиков из Financial Times, урожайность пшеницы в Украине, с ее черноземами и обильными дождями, не превышает 3 т/га, тогда как в США, при худших условиях, она составляет 6,5 т/га. Ситуацию могут изменить новая техника, увеличение количества удобрений, модернизация технологий и использование лучших сортов, считают эксперты.

Критики, в свою очередь, напоминают, что иностранные инвесторы редко оправдывали стереотип рачительных хозяев и, как правило, радикально ухудшали качество используемой почвы. Это и не удивительно: всерьез пытаться в короткий срок удвоить урожайность можно только с помощью «термоядерных» удобрений, которые вконец истощат землю. Например, в российском Алтайском крае было немало случаев, когда китайские арендаторы оставляли после себя никуда не годный грунт, испорченный чрезмерным использованием удобрений. Наиболее очевидное негативное последствие – ничем не ограниченный вывоз аграрной продукции из страны. Одно дело, когда зерно покупают жители страны, а остатки продают за рубежом. Другое дело, когда продовольствие на корню вывозится в другую страну, независимо от положения на рынках. При этом ни с чем останется не только население, но и отечественные земельные магнаты, которые сегодня так призывают «иностранного инвестора».

Жители Украины могут легко вспомнить пресловутый Голодомор 1932-33 гг., имевший точно те же самые причины: усиленный экспорт зерна, продиктованный спросом на внешних рынках, при недостатке внутренних поставок. Вопреки распространенному мнению, эти события сопровождались множеством крестьянских протестов: правительству приходилось буквально вести войну с селянами. В конце концов, сталинский репрессивный аппарат подавил все выступления, а вот при отсутствии «топора НКВД» может реализоваться гватемальский вариант: результат деятельности американской агрокорпорации United Fruit в этой стране – 40 лет гражданской войны и более 100 тысяч смертей.

При самых оптимистических раскладах Украина смело может брать в качестве модели Кению. В этой стране по требованию Мирового банка была проведена приватизация земли, находившейся в общинной собственности. Ожидаемо началась концентрация наделов в руках крупных собственников, а обнищавшие крестьяне пустились на поиски работы в городах. Крупномасштабная пролетаризация крестьян и укрупнение земельных наделов, а также удручающие последствия этих процессов описаны в последнем докладе Международного института развития и охраны окружающей среды «Захват земли или возможность развития? Сельскохозяйственное инвестирование и международные земельные сделки в Африке».

Еще одна ролевая модель для нас – Пакистан, чье правительство начало привлекать в аграрный сектор иностранный капитал с середины 1980-х гг. Если до того государство старалось распределять землю между средними и мелкими землевладельцами, теперь оно открыло двери крупному, в т.ч. иностранному бизнесу. Такие предприятия получили ряд привилегий – например, был отменен лимит на земельную собственность, составлявший 60 га орошаемой земли. Как правило, ареалом распространения новых агропромышленных комплексов становилась пригородная зона вблизи крупных городских центров. Агрофирмы стремились не просто скупать любые участки, а строить фермы на наиболее плодородных землях, которые, как правило, находятся в собственности крупных землевладельцев, включая последних в состав корпорации. Результат таких реформ описан выше: голодающие «туземцы» и вооруженные головорезы на страже урожая, предназначенного «белым господам».

Украина

По информации первого заместителя председателя Госинспекции по контролю и использованию земель Александра Бредихина, на данный момент 33 млн. га украинской пашни уже на 75% находятся в частных руках. Большей частью земли владеют крупные олигархи – Сергей Тарута, Вадим Новинский, Виктор Нусенкис, Юрий Косюк, Владимир Школьник, Андрей Веревский. Президент Ассоциации фермеров и частных землевладельцев Украины Иван Томич считает, что большинство земельных ресурсов Украины сосредоточено в руках 100 семей. В целом, можно насчитать до 30 крупных компаний, обрабатывающих от 50 до 250 га земли. Лидеры – ООО «Украинские аграрные инвестиции» (около 250 тыс. га), ММК им. Ильича (до 240 тыс. га), ООО «Мироновский хлебопродукт» (до 250 тыс. га), группа «Приват» (более 100 тыс. га). Ежегодно продлеваемый мораторий на продажу земли все еще не позволяет открыть полноценный рынок земельных ресурсов, но существует множество квазилегальных способов покупки земли. Один из них таков: покупатель дает в долг продавцу определенную сумму денег и через какое-то время подает в суд на должника. Судья выносит решение возместить долг передачей земли кредитору.

По мнению Томича, нераспределенными остались около 8 млн. га пашни; когда и они будут разделены, мораторий на продажу земли будет снят, а нынешние фактические землевладельцы сбросят свои маски. Дело в том, что право на аренду земли, согласно украинскому законодательству, дает первоочередное право выкупа. Именно поэтому большинство нынешних отечественных инвесторов и вложили деньги в землю: после открытия рынка земли на этот ресурс ожидается, по меньшей мере, десятикратный рост цен. И отечественные временщики рассчитывали продать землю втридорога азиатским партнерам. По словам Аркадия Корнацкого, уже в 2007 г., с началом всемирного продовольственного кризиса, произошел первый всплеск цен на землю. Именно тогда иностранные инвесторы массово пришли на рынок украинской земли. Да и как не прийти, если, согласно совместному глобальному докладу Организации экономического сотрудничества и развития и ООН, с 2008 до 2017 г. в мире произойдет резкий скачок цен на продовольствие – в среднем оно подорожает на 50%?

Однако с наступлением мирового экономического кризиса стоимость земли тоже поползла вниз, и, по мнению некоторых игроков земельного рынка, вскоре этот актив будет продаваться ниже цены, за которую он покупался. По данным ПРООН, из-за одной только девальвации гривни за последние несколько месяцев рынок земли сократился на 30%. Поэтому-то украинское руководство начало активно привлекать покупателей из-за рубежа, не дожидаясь отмены моратория. «Коллег из стран Саудовской Аравии, ОАЭ, Ливии мы нацеливаем на то, что нужно работать в нынешних реалиях, которые четко прописаны в дейст¬вующем законодательстве: на условиях аренды земельных участков совместно с украинскими партнерами возможно осуществлять инвестиционную деятельность в Украине», – объяснил Юрий Мельник.

Впрочем, «инвесторы» вполне могут обойтись и правом аренды, без полного выкупа земли. Ведь украинское законодательство предполагает арендные отношения сроком до 49 лет с возможностью пролонгирования договора. «Иностранцев на нашем рынке много, но их сложно определить из-за того, что они работают здесь через посредников. В целом предприятий с иностранным капиталом в украинском аграрном секторе – более половины», – оценивает Аркадий Корнацкий. В основном у нас действуют представители Европы и США; ближне- и дальневосточные покупатели пока только присматриваются к украинскому рынку земли.

Часто утверждают, что украинское законодательство даже после открытия рынка земли защитит нашу страну от атаки иностранных «инвесторов». Однако эксперты однозначно утверждают, что эти запреты на деле ни на что не повлияют. Во-первых, никто не помешает создать совместное предприятие, которое будет формальным владельцем земли. Можно задействовать и более сложный механизм, обходясь при этом без местных партнеров: «Если вы создаете предприятие в Украине, и это предприятие потом создает второе предприятие, то вот это последнее уже может покупать землю», – объяснил руководитель группы экспертов Ассоциации «Украинский клуб аграрного бизнеса» Владимир Лапа. По его словам, у нас арендуют землю уже десятки иностранных компаний, а активная заинтересованность зарубежного капитала в украинской земле прослеживается последние лет пять.

«По плодородности украинские земли – одни из лучших в мире. Есть и другие факторы: ввиду глобального потепления уже через 30-50 лет главным фактором будет даже не плодородие, а наличие водных ресурсов. В этом плане Украина находится в выигрышной ситуации», – объясняет эксперт. По его мнению, нам не стоит волноваться о продовольственной безопасности. «Украина за последние десять лет только один год была нетто-импортером продуктов растениеводства. Нам нужно переживать только о том, чтобы Украина получила максимальную пользу от развития своей экономики», – уверен эксперт. Сейчас, по его мнению, действительно не лучшее время для открытия рынка земли ввиду экономического кризиса, обвалившего цены на активы, но в целом открытие рынка земли только усилит позиции Украины на мировых рынках, считает Лапа. «Продовольственная безопасность Украины не пострадает от того, кто будет собственником земли. Государство контролирует севосмены, следит за тем, чтобы надел использовался по назначению», – вторит ему г-н Корнацкий. Похоже, он пока просто не понимает, о чем идет речь. Ведь иностранный собственник или арендатор может вполне «по назначению» высевать культуры на подконтрольной ему земле, но потом сразу же вывозить их на свою родину и порождать очередные голодоморы.

Такой сценарий тем более вероятен, что стоимость аренды земли в Украине значительно ниже среднемировой – это притом, что наша страна располагает большей частью мировых черноземов! «Стоимость аренды в начале прошлого года составляла около 1,5% от нормативной оценки, то есть в среднем 150 грн/га. Это меньше, чем на мировых рынках», – утверждает Владимир Лапа.

Земля и воля

Главным лоббистом снятия моратория является народный президент Виктор Ющенко. Оппонирует ему другой видный деятель, олигарх Богдан Губский, которому приписывают контроль над Госкомземом и рядом местных советов. Такой админресурс позволяет наладить теневую распродажу земли по всей стране. Хорошей стороны в этой борьбе нет: очень крупные латифундисты воюют с могущественными местными царьками, а крестьяне в любом случае остаются в проигрыше. Открытие рынка может разве что ускорить процесс разорения селян.

Если бы земельная реформа в Украине проводилась в интересах народа, был бы четко обозначен лимит единоличных земельных владений, а государство всячески поощряло бы переход пашни в коммунальную собственность – в распоряжение сельских общин. Таким образом было бы достигнуто необходимое сегодня укрупнение земельных хозяйств, но без образования паразитарной прослойки «эффективных собственников». Глядишь, и расцвело бы село, как того хотят на словах украинские политики. «Украина – это сельская честь, это правда родного края, это гордость Украинской крестьянки за своих детей и Украинского хозяина за свою семью. Мы должны сберечь эти ценности», – такой пафос Юлия Владимировна Тимошенко, например, выдавала не далее как в ноябре.

Тем, кто опасается повторения трагической истории коллективизации 1930-х гг., стоит вспомнить положительный опыт создания аграрных коммун в испанском Арагоне в 1936-1939 гг. Сталинские эмиссары (были там и они) не знали, что делать и растерянно разводили руками, когда местные крестьяне массово сами записывались в анархистские сельские коммуны и предавали общественному порицанию немногих «единоличников». Впрочем, никакого насилия относительно последних не было; предполагалось, что они сами со временем поймут преимущества коллективного хозяйствования. Думается, история могла чему-то научить и украинских крестьян, которые предпочтут работать на себя, а не отрабатывать очередную барщину для очередного сеньора Леонсио. И помнить слова Бертольда Брехта: «Голодовки наступают не сами по себе – они организуются посредством зерновой торговли».

Рекомендовані

Наші видання

Блоги

Facebook

Наші партнери