Украина без виз: готовы ли мы к «открытой Европе»?

Жуков, Олександр

  • 04 липня 2017
  • 2314

Александр Жуков

После длительных переговоров, продолжавшихся не один год, Украина наконец дождалась безвизового режима со странами Шенгенского соглашения. Теперь жители нашей страны смогут совершать поездки в ряд стран Европы с целью туризма, проведения деловых переговоров, посещения родственников и друзей, культурных мероприятий. Находиться в Европе без визы можно будет до 90 дней в течение 180-дневного периода, однако это не распространяется на поездки с целью работы, постоянного проживания или обучения. Очевидно, что властная элита страны всячески пытается трактовать это событие — безусловно, одно из самых позитивных в украинской внешней политике за последнее время — как один из своих главных успехов. На то есть свои основания, хотя и не без оговорки, что история «борьбы за безвиз» имеет глубокие корни и началась далеко не с Майданом или президентством Петра Порошенко.

Однако это важное для нашей страны событие всё же произошло. Чем станет безвиз для Украины: прорывом на пути к евроинтеграции или только одним из небольших шагов на пути модернизации страны? Адекватно ли отношение власти и украинского общества к безвизовому режиму? Цель этой статьи — краткая характеристика исторических закономерностей паспортного и визового контроля, обозначение основных тенденций XXI века в вопросах визовой политики, а также попытка сравнить эти тенденции с украинской проблематикой.

 

Виза и паспорт: от контроля границ к глобализации

Возможность покинуть собственную страну и въезжать в другие государства  важный маркер определения степени свободы человека, которая напрямую зависит от уровня развития общества и экономического положения страны. Если углубиться в историю визовой политики, то первые прецеденты появления чего-то отдаленно напоминающего современные визы мы можем найти еще во времена Средневековья. В архаических подобиях виз акцент делался прежде всего на контроле выезда из страны. Здесь стоит вспомнить и египетский «джаваз», служащий чем-то вроде «выездной визы», и схожие «грамоты» в древнерусских княжествах.

В Западной Европе тоже существовали свои подобия виз, однако там внимание заострялось на контроле въезда  на праве посещения города или поселения. Само слово «паспорт» происходит от французского passeport. Дословно это можно перевести как «проход в дверь»  право входить в те или иные города. Стоит сказать, что практика всеобщей паспортизации появляется на несколько столетий раньше современной визовой политики. Однако во времена позднего Средневековья получение паспорта связывается с приобретением исключительных прав, а сам паспорт выступает знаком отличия путешествующего аристократа, купца или военного от нищих и бродяг. Уже в эпоху Нового времени понятие паспортизации резко трансформируется  постепенно эта практика становится всеобщей и обязательной.

Визу, как и современный паспорт, также можно считать продуктом модерна, однако продуктом несколько более поздним. Важнейшим историческим событием, которому мы обязаны зарождением современной визовой политики, стала Первая мировая война. Бурные процессы начала прошлого века породили новые условия существования общества: в большинстве государств Европы подданные превратились в граждан, стали расцветать массовые политические движения, усилилась миграция. Из простой формальности виза превращается в серьезный инструмент контроля в руках государства, право на посещение которого отныне следовало заслужить, доказав свою благонадежность.

В массовом обществе внутренний паспорт или удостоверение личности становятся обязательными для всех граждан и теряют свой статус престижности и исключительности, при этом виза наоборот функционально становится чем-то вроде средневекового «passeport»  она отличает благонадежного человека от «нищего средневекового бродяги», открывая перед ним «двери» других государств. С приходом новых вызовов в лице тоталитарных режимов, Второй мировой и последующей после неё холодной войны между евроатлантическим и советским блоками эта тенденция разделения на «своих» и «чужих», или точнее на «благонадёжных» и нет, только усилилась, соответственно, это привело к гораздо большему усложнению визовой политики, в частности к широкой практике выездных виз в ряде государств.

 

"Упрощение визового режима не означает отмену проверки «благонадежности», которая теперь в глазах европейцев приобретает характер не только и не столько деления на «своих» и «чужих» (на основе ценностей, политической платформы, национальности и прочего), сколько становится определением уровня «благонадежности» целого государства."

 

По прошествии лет мы можем наблюдать прямо противоположные процессы  сейчас страны Шенгенского соглашения активно приводят в жизнь политику открытия собственных границ для граждан целого ряда государств мира с целью развития межкультурного диалога, делового сотрудничества, привлечения туристов. Вместе с тем упрощение визового режима не означает отмену проверки «благонадежности», которая теперь в глазах европейцев приобретает характер не только и не столько деления на «своих» и «чужих» (на основе ценностей, политической платформы, национальности и прочего), сколько становится определением уровня «благонадежности» целого государства.

 

 

Визовая либерализация напрямую зависит от экономического положения страны, а также от политической конъюнктуры. При том что участники Шенгенского соглашения в последние годы отменяют визы для многих стран, сегодня Европа по-прежнему закрыта для большинства жителей планеты. Большая часть стран Азии и практически все государства Африки, многие страны Латинской Америки и Океании и некоторые страны Европы, среди которых Беларусь и Россия, до сих пор сохраняют визы с ЕС. При отмене виз Европа часто руководствуется текущими политическими соображениями, а не долгосрочными перспективами открытия границ для большего числа граждан стран мира. Это показал пример России, когда переговоры об отмене виз были резко приостановлены после начала крымского кризиса 2014-го года. Можно сказать, что экономическое и политическое положение страны по отношению к Европе становятся важнее, чем свобода передвижения человека, и определяют, какой именно будет степень этой свободы. Неудивительно, что большинству жителей Азии и Африки свободный въезд в Европу по-прежнему закрыт.

Главным фактором, повышающим имидж путешественника, становятся не особенности его личности, взгляды или национальность, а содержимое кошелька. Однако, несмотря на такую прозаичность, само стремление Европы к отмене виз имеет огромное значение в глобальном контексте, поскольку налицо явное желание освободиться от лишнего бюрократизма, побороть визовую архаику, совершить новый шаг на пути модернизации отношений между человеком и государством. Коррелируют ли украинские реалии с европейскими тенденциями и сможет ли большинство украинцев ощутить на себе преимущества безвизового режима?

 

В Европу без виз: перспективы и реальность

Безусловно, приобретение украинскими гражданами возможности безвизового посещения стран Шенгенской зоны свидетельствует о том, что наша страна повышает свой статус в глазах европейских партнёров. Вместе с тем не стоит забывать, что само наличие безвиза отнюдь не означает тесного сближения Украины с Европой. Украинцы всего лишь получают право путешествовать по европейским странам без дополнительной проверки и подтверждения со стороны государства, которое они желают посетить. Сегодня Евросоюз проводит активную политику по отмене виз со множеством стран по всему миру.

 

"Для ЕС состоятельные туристы из дальних стран, у которых хватило денег на дорогие билеты в Европу, не представляют потенциальной угрозы, в отличие от граждан соседней страны с тяжелым экономическим положением и затяжным военным конфликтом."

 

Интересно, что большинство государств, граждане которых могут путешествовать без виз в страны Шенгенского соглашения, территориально находятся не в Европе. Можно вспомнить не только высокоразвитые государства вроде США, Канады, Японии, Австралии и Новой Зеландии, но и большинство государств Латинской Америки, а также такие страны, как, например, Антигуа и Барбуда, Вануату или Королевство Тонга (European Commission 2017). Однако наличие у этих маленьких островных государств привилегии на посещение Европы в рамках коротких туристических и бизнес-поездок, конечно же, не означает, что Вануату или Тонга становятся «частью европейской семьи». Почему же Евросоюз провёл визовую либерализацию с рядом далеких островных государств Океании и Карибского моря еще в 2012 году, а в случае соседней Украины отмена виз затянулась на много лет? Причина в том, что для ЕС состоятельные туристы из дальних стран, у которых хватило денег на дорогие билеты в Европу, не представляют потенциальной угрозы, в отличие от граждан соседней страны с тяжелым экономическим положением и затяжным военным конфликтом.

В своей визовой политике Евросоюз стремится найти баланс между упрощением поездки в Европу для обеспеченных жителей стран из Списка II и охраной границ от незарегистрированных мигрантов. В той же Латинской Америке доходы населения и уровень стабильности гораздо выше, нежели в Африке или беднейших азиатских государствах, а основной поток мигрантов идет в США, а не в Европу. Поэтому визовая либерализация для аргентинских или бразильских состоятельных туристов не означает резкого увеличения числа беженцев или незарегистрированных рабочих из этих стран.

 

 

Однако ни страны Латинской Америки и Карибского моря, ни маленькие государства Океании, ни Сейшельские острова или Маврикий не претендуют на то, чтобы быть членами Европейского Союза, поэтому восприятие безвиза в этих государствах отличается от стран Восточной Европы. Получающие безвиз государства европейской периферии  Молдова, Украина, Грузия  воспринимают это преимущество в явно искаженном свете, для них оно становится едва ли одним из важнейших этапов на пути европейской интеграции. Превозносящих достижение безвиза украинских политиков не смущает сам факт того, что речь идет о предоставлении безвизового въезда не только в Евросоюз, а во все страны Шенгенского соглашения, в которое входят некоторые государства, не являющиеся членами ЕС, среди них Исландия, Швейцария, Норвегия.

Соответствует ли реакция официальных лиц нашей страны реальному положению дел? Не так давно в обществе широко обсуждалась речь президента, в которой Пётр Порошенко не только цитировал стихи Лермонтова и Пушкина, но и называл безвизовый режим «улыбкой судьбы», за которую «боролось не одно поколение наших предков», а также связывал отмену виз для посещения Европы сроком на 90 дней с «окончательным разрывом с Российской империей». Вопросы вызывает даже не столько декларирование официальными лицами украинского государства такой позиции, сколько поддержка таких неадекватных реальной ситуации высказываний со стороны СМИ и пассивное согласие гражданского общества.

Безвиз трактуется представителями украинской власти как один из главных успехов на пути к «возвращению Украины в европейскую семью», как выполнение требований Майдана. В официальных заявлениях президента, ряда украинских политиков и СМИ безвизовый режим тесно связывается с соглашением об ассоциации с ЕС, однако в реальности он не имеет к ней отношения. В Соглашении об ассоциации Украины с ЕС указывается только «важность введения безвизового режима для граждан Украины в соответствующее время после создания условий для хорошо руководимого и безопасного передвижения людей». Процедура предоставления безвиза изначально регулировалась совершенно другим документом под названием «План действий по либерализации ЕС визового режима для Украины» и проводилась отдельно от параллельных переговоров об экономической ассоциации с Евросоюзом.

Превознося безвиз как выполнение одного из главных требований Майдана, украинская власть забывает, что формальным поводом для Майдана был отказ правительства от подписания соглашения об ассоциации, переговоры по безвизу же продолжались в обычном порядке и этот вопрос тогда так остро не стоял. Официально «безвизовый диалог» начался еще 28 октября 2008 года при президентстве В. Ющенко. Впоследствии все три украинских президента  Ющенко, Янукович, Порошенко  неоднократно уверяли украинское общество в скорейшей либерализации визового режима со странами Шенгенской зоны. Причины же Майдана коренятся не столько в откладывании ассоциации с ЕС, сколько в глубоких экономических, политических, этнотерриториальных, культурных проблемах, которые годами не решались в Украине, и уж точно не могут быть сведены к требованию украинцев совершать краткосрочные поездки по Европе без визы.

Главными преимуществами визовой либерализации принято считать получение широких возможностей для туризма и краткосрочных деловых поездок. На практике это отнюдь не означает, что граждане страны будут активно пользоваться этими возможностями. Можно обратиться к примеру Молдовы, нашего ближайшего соседа, недавно получившего безвиз с Европой. По информации, предоставляемой Национальным бюро статистики Республики Молдова, можно заключить, что существенных перемен в туристической жизни страны пока не происходит. В 2016 году количество выездных туристов сократилось по сравнению с предыдущим годом на 6,6%, также неохотно в этом году въезжали иностранцы и в саму Молдову  прирост въездного туризма составил всего 1,0%. Общее число пересечений государственной границы при выезде увеличилось незначительно  на 3,6%. Исходя из анализа украинской социально-экономической ситуации, можно сделать вывод, что вряд ли мы сможем превзойти соседнюю Молдову. На качестве жизни и свободе путешествий большей части украинских граждан визовая либерализация скорее всего не отразится вообще.

Ситуация в украинской экономике и обществе сегодня выглядит неутешительно. Прожиточный минимум во второй половине 2017 года составит 1624 грн (около 60 евро), минимальная зарплата  около 110 евро, средняя зарплата же находится в пределах 200 евро. Эти показатели официально самые низкие в странах Европы, ниже, чем в соседних Молдове, Беларуси или России, при том что уровень безработицы в стране по окончанию 2016 года составил 9,7%. Официальные требования к путешествующим в страны Европы в отношении их финансового обеспечения являются довольно высокими для большинства стран Шенгена. Разброс здесь достаточно большой: от 14 евро в день в Латвии до 120 евро во Франции (Европейская правда 2017). Конечно, на практике проверка финансовых средств на границе оказывается в большинстве случаев не такой дотошной, как может показаться. Но даже не принимая во внимание официальные предписания по платежеспособности при пересечении стран Шенгенской зоны, следует учитывать, насколько уровень жизни, а следовательно, и цены на проживание в этих странах отличаются от украинских реалий.

 

"Вряд ли стоит полагать, что число активно путешествующих туристов из нашей страны резко увеличится после отмены визовых процедур, ведь корень проблемы не в европейской бюрократии, а в отсутствии у украинцев необходимого для путешествий уровня достатка."

 

Для сравнения, номинальный уровень установленной законом минимальной зарплаты в Чехии в пересчете составляет более 400 евро. Большинство украинских граждан с минимальной зарплатой получают сумму в четыре раза меньше  чуть более 100 евро, французская же минимальная зарплата почти в 15 раз выше украинской  1480 евро (European Commission 2017). Украинец, получающий самый низкую в Европе среднюю зарплату, не имеет и 8 евро в день; житель нашей страны с минимальной зарплатой в день довольствуется тремя евро; пенсионеры и социально незащищенные слои населения не имеют и этих денег. Это не только опускает большинство украинцев за черту бедности по стандартам ООН, но и говорит о том, что даже довольно хорошие по украинским меркам зарплаты в больших городах несопоставимы с европейским уровнем жизни. Неудивительно, что в крайне бедной Украине 55% опрошенных в ходе исследования Центра Разумкова заявили, что никогда не бывали за рубежом, даже в странах СНГ или на популярных туристических курортах (ИнтерфаксУкраина 2016). Вряд ли стоит полагать, что число активно путешествующих туристов из нашей страны резко увеличится после отмены визовых процедур, ведь корень проблемы не в европейской бюрократии, а в отсутствии у украинцев необходимого для путешествий уровня достатка. Хотя при этом показатели путешествий украинцев в Европу могут повыситься, но благодаря не новым туристам, а увеличению количества незарегистрированных рабочих, которые будут охотно использовать безвизовые возможности.

Социальная ситуация в стране приучает украинцев к пассивному домоседству, и это касается не только путешествий за границу  более 13% наших соотечественников никогда не выезжали даже за пределы своей родной области, регулярно за границей бывают только чуть более 8% опрошенных (ИнтерфаксУкраина 2016). Это говорит о том, что большинство украинцев почти не имеют опыта каких-либо международных контактов, очень плохо знают окружающий мир, их жизненное пространство крайне узкое, а представления о жизни в других странах довольно поверхностны. Для сравнения, согласно статистике Eurostat, более 60% европейцев за 2015 год совершали туристические поездки. В таких странах, как Дания или Чехия, часть туристов от числа всего населения составляет более 80% (European Commission 2015).

В ситуации, когда большинство населения вынуждено сводить концы с концами и тратить средства только на самое необходимое, приходится удовлетворять только базовые потребности, обеспечивающие выживание. В таком положении вряд ли можно найти время и финансы на что-либо еще. Поездки за границу, произведения искусства, высокая культура  всё это остается достоянием сравнительно малой части общества и не имеет отношения к жизни большинства украинцев, которые живут в узком и тесном мире, будучи крепко привязанными к своему рабочему месту, к дому, к родному городу или деревне. Очевидно, что в стремлении вырваться из столь неблагодатного положения многие наши соотечественники поедут в Европу не с целью увидеть достопримечательности Берлина или Рима, а для нелегальных заработков. Такое состояние дел может не только существенно испортить и без того не самый привлекательный имидж Украины, но и привести к отмене безвиза как такового.

 

«У безвиза есть начало, а конца ему не будет»

При всей глубине экономического, культурного, мировоззренческого кризиса, в котором сейчас пребывает украинское общество, либерализация визового режима со странами Европы  безусловно положительный факт. И завершить этот краткий обзор хотелось бы на оптимистичной ноте, охарактеризовав несколько наиболее позитивных для украинских граждан и нашей экономики выгод безвиза, но и не забывая о подводных камнях.

Безвиз открывает новые возможности не только для украинских туристов, но и для тех, кто заинтересован ездить в Европу с деловыми поездками или для культурных контактов. Однако вопрос развития украинской культуры и экономики следует адресовать не Европе, а украинской власти и обществу. Появятся ли у нас конкурентные условия для развития малого и среднего бизнеса или же в Европу продолжат регулярно ездить только те бизнесмены, которые могли себе это позволить и при визовом режиме? Появятся ли возможности и желание у большей части молодежи или у деятелей науки, культуры и искусства активно участвовать в международных научных, культурных проектах, посещать культурные события, европейские музеи, выставки или фестивали? К сожалению, сейчас большинство украинцев вынуждены зарабатывать только на удовлетворение насущных потребностей, притом получается это у них далеко не всегда. В такой ситуации невозможно обеспечение бытовых нужд большинства населения, не говоря уже о культурных или образовательных потребностях, о расширении кругозора. Без развитого экономического базиса такая трансформация попросту неосуществима.

 

 

Получит ли наша страна существенные экономические преимущества от безвиза? В нашем обществе укоренился миф о том, что безвиз, как и любые шаги на «пути в европейский дом», должны сразу приносить Украине счастье и экономическое процветание. Однако вряд ли визовая либерализация коррелирует с экономическим развитием государства. Ситуация складывается таким образом, что на определенные положительные тенденции в украинской экономике активно повлияют не официально декларируемые преимущества безвиза (право свободного передвижения, новые возможности для туристов и бизнеса), а главное неофициальное преимущество, появляющееся у незарегистрированных трудовых мигрантов  упрощение возможности оказаться в Европе для поиска работы.

Частные денежные переводы уже приносят существенный вклад в украинскую экономику. По статистике Нацбанка, которую публикует газета «Сегодня», количество частных денежных переводов в страну за последний год превысило размеры инвестиционной помощи. Сейчас вклад «заробитчан» в национальную экономику составляет 7% от ВВП, 66% этих денег приходит именно из Европы, и этот показатель может существенно возрасти после визовой либерализации. Не имеющие возможности достойно зарабатывать в родной стране граждане будут и дальше «голосовать ногами», однако сейчас закономерно должно возрасти количество трудовых мигрантов, устраивающихся на работу неофициально.

 

"По данным Research & Branding Group, опубликованным в конце прошлого года, треть украинцев изъявляет желание переехать на постоянное место жительства в другую страну. Среди молодежи этот показатель катастрофический  людей до 30 лет с такими настроениями в нашей стране 55%."

 

Так, можно заключить, что безвизовый режим позволит снизить уровень безработицы и снять значительную долю социального недовольства, поскольку у многих граждан появится сравнительно легкий путь уехать устраиваться на работу, правда, для этого им нужно нарушить европейское законодательство. Снижение уровня безработицы увеличением трудовой миграции  патологический процесс, вместе с тем столь характерный для периферийного государства, которым сегодня является Украина. При отсутствии социальных лифтов и достойной оплаты труда в родной стране граждане Украины становятся всё большими пессимистами в отношении перспектив дальнейшей жизни на родине. По данным Research & Branding Group, опубликованным в конце прошлого года, треть украинцев изъявляет желание переехать на постоянное место жительства в другую страну. Среди молодежи этот показатель катастрофический  людей до 30 лет с такими настроениями в нашей стране 55%.

Из Украины уходит не только «мозг» нации. Хотя интеллектуальная элита по-прежнему продолжает покидать нашу страну, сейчас Украина теряет широкий спектр рабочих и специалистов разного профиля, которые не могут и не заинтересованы работать в нашей стране. Смогут ли эти люди найти достойную работу в Европе, находясь там на правах туристов? Лишенные трудовых прав и социальных гарантий, рискующие попасть под преследование и столкнуться с правосудием, вынужденные довольствоваться низкооплачиваемой и неквалифицированной работой, всё больше украинцев станут заложниками сложившейся политической и экономической драмы.

Нетрудно догадаться, какие тяжелейшие испытания поджидают выходцев из нашей страны, ведь условия жизни даже многих официально трудоустроенных в странах Европы работников из Украины сегодня находятся на крайне низком уровне, что уже говорить о незарегистрированных мигрантах. По словам Виталия Махинько, главы организации «Трудовая Солидарность», защищающей украинцев в Польше, рабочим постоянно приходится сталкиваться с крайне жесткими формами эксплуатации: их могут не обеспечить необходимыми инструментами или средствами защиты, зарплату выдают с большим опозданием, а самого рабочего могут уволить в любой момент, даже не объяснив причину. «Украинские рабочие находятся на наиболее низком уровне. В социальной иерархии они позиционируются ниже бедных и безработных поляков»,  констатирует Махинько.

Впрочем, несмотря на все трудности, количество украинских работников за границей неуклонно растёт. Согласно исследованиям группы «Рейтинг», если в 2012 году в иностранных государствах работал каждый пятый из опрошенных, то уже к 2017 году  каждый третий. Больше всего в Европу отправляется строителей, работников сельского хозяйства, а также домашних работников и воспитателей детей, при этом 61% всех опрошенных, работающих как в ЕС, так и в России, заявили, что трудятся без официальной регистрации. Чаще всего украинцам в Европе приходится сталкиваться с отсутствием медицинского обеспечения, что особенно остро чувствуют на себе незарегистрированные рабочие, у которых отсутствует медицинская страховка. Другие важные проблемы  языковой барьер и ощущаемое чувство второсортности по отношению к европейцам. Но даже невзирая на тяжелые условия труда и призрачные перспективы, 71% опрошенных заявили, что однозначно хотели бы снова работать за границей в будущем (Рейтинг 2017).

Благодаря безвизовому режиму украинцам станет гораздо легче увидеть Европу. Однако такое упрощение  всего лишь возможность, предоставленная нам с европейской стороны. За всё время долгих переговоров по визовой либерализации европейцы относились к Украине крайне настороженно.

В частности, предполагаемый старт безвиза, запланированный на конец 2016 года, так и не случился из-за того, что у ряда западноевропейских стран были замечания по механизму его прекращения. Тогда федеральный канцлер Германии Ангела Меркель напрямую высказывалась о необходимости согласования механизма временного приостановления безвиза в случае «нежелательного развития событий». В 2009 году Европа уже получила урок от Сербии и других балканских государств, когда предоставление безвиза этим странам обернулось резким увеличением числа мигрантов.

Механизм прекращения визовой либерализации неразрывно связан с самим безвизом. При резком увеличении уровня миграции из страны, безвизовый режим для граждан может быть приостановлен на девять месяцев. В случае с Украиной вероятность «непредвиденных событий» может оказать даже гораздо выше, нежели успехи безвизовых преимуществ для туристов и бизнеса.

Стратегические выгоды упрощения въезда для европейцев пока что остаются только в теории, ведь из Украины не ожидается большого притока туристов, приносящих деньги европейской сфере услуг. Довольно смутными остаются и перспективы улучшения бизнес-партнёрства, и приезд большего числа украинцев для участия в каких-либо научных, общественных или культурных проектах. При этом опасения прихода в Европу новых незарегистрированных рабочих и беженцев очевидны и вполне оправданы.

Поведение украинской власти, превозносящей безвиз как свое выдающееся достижение, говорящей о новых официальных возможностях и намекающей на возможности неофициальные, никак не понижает градус европейского пессимизма в отношении Украины. Но самое главное  это никак не отражается на реальной жизни украинских граждан, не решает их социальных проблем, а только негласно позволяет выйти в открытую дверь неясного европейского будущего. Именно от политики Украины в отношении социальных возможностей граждан будет зависеть, сможем ли мы побороть неутешительную статистику и действительно ли украинцы станут «свободными» не только на словах, станем ли мы открытыми для мира и будем ли сами стремиться открывать мир.

 


 

Источники

1. European Commission, 2017. Visa policy. Available 21.06.17 at: [link]

2. Европейская правда, 2017. Сколько денег брать в Европу: все финансовые требования ЕС к безвизовым украинцам. Доступ 21.06.17 по адресу: [link]

3. European Commission, 2017. Statutory minimum wages in the EU 2017. Доступ 29.06.17 по адресу: [link]

4. Интерфакс-Украина, 2016. Более половины украинцев никогда не были за рубежом - опрос. Доступ 21.06.17 по адресу: [link]

5. European Commission, 2015. Participation in tourism for personal purposes (tourists as share of total population). Доступ 21.06.17 по адресу: [link]

6. Соціологічна група «Рейтинг», 2017. Настрої серед українців-заробітчан. Доступ 2.07.17 за адресою: [link]

Залишити коментар