Изнасилование и гендерное равенство: взгляд юриста-феминиста

  • 15 января 2019
  • 3076
Изнасилование и гендерное равенство: взгляд юриста-феминиста

Денис Новиков

После опубликования 11 января 2019 года изменений в статье 152 Уголовного кодекса Украины с новой формулировкой изнасилования многие блогеры не устояли и сделали ироничные обзоры о возможной форме согласия на секс. Речь шла и о расписке, договоре с нотариальным удостоверением и даже государственной регистрации сексуальных актов. Причем практически все выражали свою позицию исключительно с мужской точки зрения: по их мнению, женщина будет злоупотреблять наличием или отсутствием согласия в корыстных интересах. Мне же, как феминисту, хочется выразить несколько иное отношение к изменениям, которые, на мой взгляд, существенно расширяют не только правовые начала понимания изнасилования, но и трансформируют наше осознание гендерной стороны этого явления.

 

"Исторически монополия на насилие долгое время находилась исключительно у мужчин."

 

В предыдущей редакции статьи 152 УК Украины изнасилование понималось как половое сношение с применением физического насилия, угрозы его применения или с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица. Когда я изучал право на юридическом факультете, в формулировке этого состава преступления я ощущал присутствие некоего патриархального начала, которое формировало преимущественно восприятия мужчины как насильника, а женщины как жертвы. Не сомневаюсь, что именно такие культурные установки сразу возникнут у большинства при знакомстве с предыдущим определением. Исторически монополия на насилие долгое время находилась исключительно у мужчин. Все это можно лицезреть в произведениях литературы, изобразительного искусства, кинематографа до последних десятилетий. Мужчина — герой, женщина — дама в опасности. Но и с другой стороны, мужчина — насильник, женщина — жертва. Ну и что с того? Это хорошо, скажут многие! Женщины — прекрасные создания, воспетые поэтами как слабые существа, а мужчины вершат судьбы мира. Так привыкли думать. Но ведь в действительности такими представлениями мужчины устраняют конкурентов, идеологически и социально отводя этой группе людей место, откуда им сложно будет напрямую влиять на общество (хотя бы даже через выборы, общественную и профессиональную деятельность).

 

 

Кстати, аналогичное отношение было (а у нас до сих пор остается) и к рабочим до формирования профсоюзного движения. Боссы предприятий воспринимали рабочих как послушных или же непослушных детей, а про их роль в мироздании четко рассказывал священник. Но потом, начав неповиновение, рабочие получили социальную субъектность и начали влиять на управление страной, их пустили за стол переговоров при распределении общественного богатства.

То же самое происходит с женщинами. Пока мужчина смотрит на женщину как на цветок жизни, богиню, мать, он держит ее в руках насилия. Ибо если она перестает быть таковой и отказывает мужчине в удовлетворении, что он делает? Берет ее силой! Насилует. В особенности если это его жена! По патриархальным порядкам, мужчина имеет практически право собственности на свою супругу. Хочется напомнить, что в европейских странах до недавнего времени закон исключал ответственность за так называемое супружеское изнасилование. В последние годы такая ответственность введена в Австрии, Канаде, Дании, Англии, Финляндии, Франции, Германии, Израиле, Ирландии, Испании, Австралии, Мексике, Новой Зеландии, Норвегии, Тринидаде и Тобаго, Швеции, ЮАР, а также в некоторых штатах США. В ЮАР муж за изнасилование жены отвечает с 1993 года. Вот откуда многие представления об изнасиловании как об исключительно мужской привилегии. Интересно, кстати, что, в соответствии со старой формулировкой, само изнасилование женщиной мужчины было практически невозможным. Ведь под изнасилованием понималось непосредственно «половое сношение», к которому мужчину с физиологической точки зрения, очевидно, сложно принудить. Не сомневаюсь, что в судебной практике и такие прецеденты случались, но они в любом случае были единичны и не отображали реальной сути явления — удовлетворения сексуальной страсти без согласия одной из сторон.  

 

Что же изменилось в новом украинском законе?

Во-первых, статья 152 УК Украины расширяет способы совершения изнасилования. Кроме «половых сношений», изнасилование может осуществляться путем вагинального, анального или орального проникновения в тело другого лица с использованием гениталий или любого другого предмета. То есть существенно расширен перечень случаев (не только традиционный секс женщины и мужчины, но и нетрадиционные сексуальные практики, а также гомосексуальные отношения) и способов совершения (от непосредственно половых органов до секс-игрушек или других предметов), когда удовлетворение половой страсти будут квалифицировать как изнасилование. Такое широкое определение изнасилования теоретически подразумевает, что социально-культурный статус женщины переходит из исключительно «жертвы» в возможную категорию «насильник». Женщина наделяется субъектностью вершить насилие, как и мужчины, главенствовать и управлять своей сексуальной жизнью с риском уголовной ответственности.

 

"Девиантность — это очень существенный признак равенства."

 

Хочу заметить, что я ни в коем случае не призываю всех женщин Украины в срочном порядке начать насиловать всех вокруг, предаваться извращенным сексуальным утехам. Мне хочется тем самым показать, что новое понятие изнасилования в УК Украины признает способность женщин быть девиантными в сфере сексуальных отношений наравне с мужчинами. А девиантность — это очень существенный признак равенства, особенно в сфере насилия, придающий независимость решениям и действиям лиц, которые имеют на него право.

 

 

Во-вторых, в действующей редакции статьи 152 УК Украины изнасилованием признаются вышеописанные действия, совершенные без добровольного согласия потерпевшего. В примечании к этой статье указывается, что согласие считается добровольным, если оно является результатом свободного волеизъявления лица, с учетом сопутствующих обстоятельств. Именно эта часть изменений так взбудоражила Интернет-сообщество и вызвало за несколько суток поток мемов о формах такого согласия. Однако я не буду углубляться в процессуальные проблемы доказывания наличия согласия на сексуальные отношения. Тут важно другое. Если ранее одним из основных признаков квалификации по статье 152 УК Украины было применения лицом насилия или использования беспомощного состояния потерпевшего (например, инвалидности, алкогольного или наркотического опьянения) для удовлетворения сексуальной страсти, то сейчас об изнасиловании можно начать говорить уже на стадии отсутствия согласия на сексуальный акт. Причем согласие на сексуальную близость должно быть обоюдным. Это обстоятельство также подтверждает увеличение сексуальной свободы именно женщин, потому что расширяются юридические границы их свободного выбора. По сути, это устанавливает действительное равенство между партнерами. Это утверждение касается и гомосексуальных пар.

На мой взгляд, измененные законодателем положения о изнасилованиях являются прогрессивными, устанавливающими свободу и равенство в сексуальных отношениях. Женщина лишается культурного стереотипа беспомощности и бездействия в сфере секса.
 

Читайте также: 
#MeToo и «Макдональдс» (Аннелиз Орлек)

Жизнь не подписана на «Правительственный курьер»: ответ юристам-феминистам (Светлана Валькович)

Оставить комментарий

Наступна конференція

  •  

Наши выпуски

Блоги

Facebook

Наши партнёры