«С миру по нитке»: детские дома семейного типа, трудности и скудная помощь государства

3589
Алексеева «Renoire», Александра
Статьи автора

«Дети — цветы жизни» — гласит известная поговорка. Однако если бы дети были так же просты в уходе, как цветы, жизнь взрослых была бы куда проще. Дети нуждаются не только во внимании — на них уходит львиная доля семейного бюджета. У родителей больших приёмных семей, таких как детские дома семейного типа, ресурсов не хватает на всё. Государство, хоть и обязано помогать таким семьям, не предоставляет достаточной помощи, и родителям приходится нелегко. С чем именно сталкиваются родители и как им можно помочь?

В отличие от проблемы бездомных детей, вопросу приёмного родительства в публичных дискуссиях уделяют мало внимания. Между тем, в Украине более 50 тысяч детей находятся под опекой и 13,5 тысяч — в приёмных семьях и детских домах семейного типа (ДДСТ), о которых и пойдёт речь. Среди этих детей — те, кто раньше мог остаться на улице. У опекунов есть масса проблем, ведь мало не дать оказаться ребёнку на улице или забрать его из неблагополучной семьи. Важно, чтобы ему жилось хорошо там, где он оказался, когда им занялось государство, и чтобы с его психологическими проблемами работали.

В детских домах интернатного типа часто обеспечивают лишь базовые потребности детей — в еде и одежде. Но детям нужно гораздо больше! Как минимум им нужно полноценное общение со взрослыми, к которым они могут привязаться, иначе во взрослом возрасте у них могут возникнуть проблемы с доверием. К сожалению, в детских домах персонал часто меняется, и такого близкого общения недостаёт. Кроме того, с детьми там часто обращаются не самым лучшим образом, а между ними самими процветает буллинг и насилие. Вдобавок, в таких учреждениях добрая половина жильцов — с психическими и физическими особенностями, им нужен особый уход, отличный от того, в котором нуждаются здоровые дети. Другие формы опеки, например приёмные семьи или ДДСТ, заведомо предоставляют гораздо лучшую атмосферу для развития детей. 

Когда детей забирают из детских домов, те бывают совсем не готовы к жизни: по словам нашей информантки Наны, они не знают, как приготовить даже самые простые блюда, а нижнее бельё выбрасывают в мусорку вместо того, чтобы постирать, так как привыкли, что в учреждении им всегда выдавали новое. 

 

детские дома в Украине

Приёмные семьи и ДДСТ адаптируют детей к окружающему миру, их задача разобраться с травмами, которые ребёнок получил в предыдущей семье, и с моделями поведения, к которым он привык в детском доме. Только при вложении множества усилий ребёнок имеет шанс вырасти психически здоровым.

В этом материале я часто буду описывать нежелательное поведение детей, с которым сталкиваются родители. Стоит иметь в виду, однако, что не все дети плохо себя ведут. Да и те, которые создают трудности родителям, делают это ненамеренно и в другие моменты могут показывать свои лучшие стороны. У каждого ребёнка свой характер, свои предпочтения и желания, он — личность. К сожалению, предыдущий опыт в интернатах и неблагополучных семьях накладывает на детей отпечаток, и так как эта проблема имеет системный характер, паттерны проступков могут повторяться. Это не делает детей хуже, но накладывает определённые требования к их воспитанию. Иными словами, данный материал не ставит целью стигматизировать детей, оставшихся без заботы родных, а обращает внимание на нужды их самих и приёмных родителей.

 

Что такое детские дома семейного типа?

Есть несколько форм опеки. Приоритетная форма — это усыновление, когда ребенка забирают из неблагополучной семьи или из-за смерти родителей, и он приобретает все права биологического ребенка в другой семье. Другие формы — родственная опека, приемная семья и детский дом семейного типа (ДДСТ). Разница между последними двумя небольшая: если в приёмной семье от 5 до 10 детей (включая биологических), то она называется детским домом семейного типа. ДДСТ в Украине около тысячи, и они всё чаще приходят на смену интернатным учреждениям. До 2014 года Украина активно внедряла ДДСТ, но после начала войны денег стало не хватать, и сейчас новые ДДСТ открываются реже. Это видно исходя из данных Государственной службы статистики:

 

 

То есть между 2009 и 2013 годами количество таких семей выросло на 82%, а между 2015 и 2019 — на 23%. Также по статистике видно, что многие из них создаются при поддержке религиозных организаций.

Приёмные родители сталкиваются с огромным количеством трудностей. Но к большей части из них родители обычно готовы, так как перед созданием приёмной семьи они проходят специальную подготовку, а затем проверку на готовность стать приёмным родителем.

К чему родителей не готовят, так это к тому, что для качественного выполнения родительских обязанностей им придётся бороться с государственными структурами. А также искать дополнительный доход, так как на те деньги, которые выделяет государство, прожить сложно. «У нас всё с миру по нитке», — рассказывает наша информантка Татьяна. И её слова очень хорошо описывают ситуацию.

 

Проблемы с детьми

Дети, которые приходят в ДДСТ, как правило, в свои годы уже пережили серьезные испытания: потерю семьи или жестокое обращение; если их забирали в интернат, то там они могли заработать новые неврозы. Поэтому таким детям, чтобы восстановить психическое здоровье и избавиться от негативных паттернов поведения, необходимо заниматься со специалистами-психологами. Иначе травмы, перенесённые ребёнком, могут оказаться настолько серьёзными, что подтолкнут его к девиантному поведению, например воровству и насилию. Чтобы дети не прибегали к старым формам поведения, помимо психологов и соцработников им нужно предоставить качественный досуг: водить их в походы, в кино и театр, отдавать в секции дополнительного образования. 

С образованием у детей тоже могут быть проблемы: некоторые приёмные дети в подростковом возрасте не умеют читать, писать и считать. Приёмные родители вынуждены подтягивать детей по школьным предметам сами, но бывает, что у них не хватает либо времени и сил, либо компетенции, особенно когда речь заходит о таких предметах, как физика, химия, биология. 

Чтобы перевоспитывать детей, нужны деньги. Но на одного ребёнка семье выделяют четыре-пять тысяч гривен, в зависимости от возраста, и ещё две тысячи гривен — это зарплата родителю за ребёнка. Этих денег не хватает. Родители вынуждены искать подработки (кто-то, например, занимается репетиторством за деньги), тем самым урезая время, которое проводят с детьми. Кроме денег, государство каждому ребёнку выделяет соцработника, однако он даже по официальным стандартам должен приходить один раз в два месяца, а фактически может приходить ещё реже. Его работы недостаточно. Как рассказывают приёмные родители, для качественной помощи травмированным детям необходима работа психолога хотя бы один час каждую неделю с каждым ребенком и одно коллективное занятие для всей семьи, чтобы наладить взаимодействие между всеми детьми. Стоимость работы квалифицированного психолога в Одессе от 200 до 600 грн/час в зависимости от количества человек, а в столице — и того больше. Понятно, что приемные семьи не тянут такие расходы. Кстати, самим родителям тоже не помешало бы ходить к психологу, но об этом речи не идёт — времени и денег на это нет.

Все проблемы сложно описать, не прибегая к конкретике, поэтому предлагаю познакомиться с семьями Наны и Татьяны. 

 

Мира и Нана на школьном выпускном вечере

 

На всё нужны деньги

Семья Наны Смирновой и семья Татьяны Филенко живут в Одесской области. Татьяна воспитывает детей вместе с мужем, а Нана справляется сама. У Наны семь детей, а у Татьяны — восемь. Дома, в которых эти семьи поселились, не являются частным или арендованным жильём, они куплены по субвенции: государство предоставляет деньги на покупку жилья для ДДСТ, а когда семья заканчивает свою работу как ДДСТ, жилье передают назад государству.

То, что государство предоставляет дома, — это большое достижение, ведь у немногих найдётся достаточно жилплощади, чтобы поселить 5–10 детей. На 2020 год такие субвенции были рекомендованы Верховной Радой, однако, как рассказали родители, про новые ДДСТ в Одесской области они не слышали. 

С ДДСТ, успевшими открыться по субвенции в Одессе, проблем не было: приобрели квартиры с ремонтом и мебелью в новостройках, а вот в области не всё было радужно. Дома часто выделяли в плохом состоянии, и чтобы в них жить, нужно было многое переделать. По документам, на ремонт должны выделять деньги, но на деле этого не происходит. Татьяна рассказывает:

Когда мы заезжали в дом, внутри был сделан косметический ремонт, но он быстро стал незаметен. Нам купили одноэтажный дом на окраине города, в доме 150 квадратов, но в метраж входит гараж. К слову, в нашем регионе за эти деньги (50 тысяч долларов) можно было купить большой и красивый двухэтажный дом. Из зимней мансарды мы сделали кухню, но она ужасно холодная. Зимним утром, когда мы туда выходим, там 10 градусов. Я закрываю детей в одной тёплой комнате, не разрешаю по дому бегать, потому что в доме холодно, везде щели и дует. 

Даже если дом изначально был пригодный для жилья, дети приводят его в негодное состояние, и опять нужен ремонт, то есть деньги и ресурсы. Нана рассказывает:

Дети квартиру просто убили, хотя это новострой. Разбитые и проломленные кулаками двери, порезанный и лопнувший ламинат, полностью вырванный из панели механизм-переключатель в душевой кабинке, ободранные и грязные обои — вот такой вид приобрела за три года новая чистая квартира. Это не говоря уже о сломанной бытовой и компьютерной технике. Не то что мои дети какие-то плохие, они просто ни к чему не приучены: ни ценить, ни беречь. Я в этом году отправила их на месяц в санаторий, а в это время со своим кровным сыном делала ремонт. 

Пока психологические проблемы не решены, дети будут вести себя, как знают, а это не исключает, например, порчу имущества. Решение таких проблем — это долгий процесс, поэтому родители сталкиваются порой и с самыми негативными проявлениями детей. Те, кто вышел из интернатов, не привыкли ценить то, что имеют, они ломают технику, выкидывают одежду.

 

Как-то раз один мой подросток у меня на глазах проходил мимо кухонного стола, схватил блендер за переключатель и выдернул на себя вместе с «кишками». Я спрашиваю: «Ты зачем это сделал?». Ответ прост и ясен: «Ну, просто захотелось». И ты стоишь и не знаешь, что ему сказать: никакие разговоры о ценности вещей и потраченных деньгах не имеют на таких детей воздействия.

В расход идет не только техника, но и всё, что попадёт под руку, например одежда: 

Всё рвётся не от старости, а от отсутствия понимания ценности: например, только что купленные кроссовки надеваются для игры в футбол и в тот же вечер приходят в негодность. А после душа они просто бросают в мусорку грязные трусы и носки. Ничего сделать с этим нельзя. Не будешь же из мусорки потом доставать и на них надевать, и без трусов не заставишь ходить. 

У Наны, в отличие от многих других приёмных родителей ДДСТ, много знакомств в городе, которые помогают её семье. Например, знакомые работают на рынке «7-й километр» и откладывают вещи специально для её детей по самым минимальным ценам, а иногда и бесплатно. Остальные родители покупают вещи детям по их рыночной стоимости, что забирает львиную долю бюджета.

Детям, которые оказываются в ДДСТ, часто никакие угрозы не страшны, так как они уже видели самое ужасное в жизни, и ничего из того, что может сделать родитель, они не боятся. Поэтому контролировать их трудно, тут работают другие методы. Татьяна рассказывает, как завоевала доверие одного из мальчиков: тот нахулиганил в детском лагере, разбил чужой телефон. Мать вызвали в лагерь на следующий день, она взяла деньги из общего бюджета и заплатила за телефон, при этом сказала сыну, чтобы он ничего не рассказывал остальной семье, иначе все бы на него обиделись. Мальчик был очень удивлён, что на него не накричали, и стал вести себя лучше. 

Когда дети ломают или воруют технику, это очень неприятно, ведь она стоит немалых денег. Например, чтобы купить холодильник, Татьяна взяла деньги в долг, а стиральную машинку купила в кредит. Чтобы дети могли заниматься в школе во время карантина, она купила четыре телефона — тоже в кредит. В отличие от Татьяны, многие ДДСТ-семьи не смогли обеспечить доступ в интернет для каждого ребёнка во время карантина, поэтому частично дети оставались на это время без доступа к образованию.

У родителей ДДСТ практически нет льгот. Например, плата за коммунальные услуги начисляется в полном объеме. Квартиры, в которых можно размещать ДДСТ, по нормам должны быть большие, и квартплата очень высокая. Например, у Наны выходит 8000–9000 гривен. У многих родителей и того больше, особенно кто отапливает жилье газовыми котлами. Эти деньги приходится вычитать из детских пособий. 

Деньги нужны и на лечение. У многих детей проблемное место — зубы, а их лечить очень дорого: к бесплатным стоматологам прорваться сложно, и мамы делают всё, что могут, за свои деньги. Кроме зубов, есть проблемы с желудком из-за плохого или нерегулярного питания в интернатах и в родных семьях. По рассказам Наны, у трех её детей серьезные проблемы с ногами, особенно у девочки. Для этих детей нужны не только ортопедические стельки, но и специальная обувь, изготовленная по спецзаказам. Стоимость одной пары такой обуви — это практически треть или даже половина от месячного пособия на ребенка. Каждому ребенку нужна не одна пара обуви на каждый сезон; кроме того, постоянно приходится заказывать новую обувь, так как ноги у детей растут. 

Но это ещё не всё: не только государство не предоставляет семьям достаточно финансирования, но иногда и решает за родителей, как распоряжаться деньгами! Когда ребёнок поступает в ПТУ или техникум, сумму стипендии, которую получает ребёнок, вычитают из денег, которые родители получают на него. Дети в подавляющем большинстве тратят стипендию на свои прихоти, но питаются, одеваются и пользуются коммунальными услугами в приемной семье. «А ты у ребенка не заберешь эти деньги, не объяснишь ему, что они даны не просто чтобы напиться или гульнуть пару дней на всю сумму», — говорит Татьяна. До Нового года у студентов ПТУ была стипендия 1200 гривен, а с 1 января 2021 года размер социальной стипендии составляет 3592,50 гривен, и из общей суммы пособия на все нужды родителю остаётся мизер.

 

 

Палки в колёса

У ДДСТ и у приёмных родителей есть большая проблема: они не могут обратиться за помощью к правоохранительным органам, чтобы те предприняли превентивные меры. Бывает, например, что дети воруют вещи из дома. Родители не могут обратиться за помощью, потому что в Украине полиция обязана наказать родителя за то, что он плохо воспитывает ребенка. Есть такая статья, «неналежне виховання дитини», и ювенальная превенция должна подать иск или заявление в суд, даже если ребёнок что-то украл у своего родителя. То есть если родитель обратится в полицию, его будут судить и наложат административный штраф в размере 1600 гривен. После трёх таких судов рассматривают вопрос об изъятии детей, потому что родитель, якобы, не справляется с воспитанием. 

И вот ты сидишь и думаешь, что делать. Ребёнок систематически четыре года крадёт не только у меня, но и в магазине, в школе, везде. И получается, что превентивные меры мы не можем применить, потому что я не могу никому написать жалобу об этом, никого для помощи привлечь не могу. Государство должно пересмотреть эту норму. Одно дело, когда родители не смотрят за детьми, бросили, уехали отдыхать, а дети сами. А другое дело, когда мы берём изначально тяжёлых девиантных детей, проводим с ними 24/7/365 без отпусков и выходных и при этом не можем обратиться за помощью. Получается  обратный эффект.

Родителям, наоборот, нужно, чтобы эти дети были под надзором ювенальной превенции. «Это должны быть наши помощники, а не каратели», — говорит Нана.

 

 

* * *

Как можно заметить, на фотографиях всё красиво: дети играют в развивающие игры, готовят, занимаются с арт-психологами, учатся в школе. Но за этими красивыми фотографиями стоят трудности, преодоление которых держится исключительно на родительском энтузиазме. Не у всех его хватает, и не у всех так много знакомых, которые помогают, сил и времени привлекать внимание через медиа, как у Наны.

Это категорически несправедливо, что приёмные родители из ДДСТ вынуждены брать на себя многие расходы, связанные и с коррекцией поведения ребёнка, и с его досугом, и с лечением, и с техникой. Конечно, бывает, что и взрослые люди живут на 6000 гривен в месяц, но они не лечат свои неврозы, и их жизнь — не сахар.

Если чиновники хотят, чтобы дети из ДДСТ становились полноценными, хорошо адаптированными членами общества, государство должно начать вкладывать деньги в семьи, а не игнорировать их нужды.

Текст и фото: Александра Алексеева «Renoire»

Поділитись